Читаем Слезы темной воды полностью

Доктор Ванесса Паркер положила ручку и посмотрела на свои руки, ругая себя за слезы, подступившие к глазам. День близился к завершению, последняя пациентка, молодая женщина с воспалением мочевого пузыря, только что ушла, и сейчас Ванесса заполняла ее медицинскую книжку. Дело это было несложное, всего-то несколько слов заключения, но написать связное предложение никак не удавалось. Обычно четкие мысли переплелись в беспорядочный клубок. Она ощутила, что ее щеки горят: жар чувств, неподвластных воле. «Все кончено, – подумала она. – Теперь уже ничего не изменить». Однако это было не совсем так. Дело было не во времени. Дело было в желании.

Она откинулась на спинку стула и посмотрела на фотографию рядом с компьютером. Она сделала ее полтора года назад, в летнем домике на берегу озера Уиннипесоки. Этот коттедж принадлежал нескольким поколениям семьи Дэниела. На снимке Дэниел и Квентин сидели на причале на фоне леса, бронзового в лучах предвечернего солнца. Рука Дэниела лежала на плече сына, оба улыбались. Сбоку был виден их катер «Нотик» с двигателем в четыреста лошадиных сил, привязанный к столбам. «Затишье перед бурей, – подумала она. – И как мы не разглядели, что все к этому идет?»

Дверь ее кабинета была открыта, и она услышала стук. Моргая, чтобы спрятать слезы, она решила, что это Астер, ее коллега и лучшая подруга. Она развернулась и напряглась. Чед Форрестер был последним, кого она хотела сейчас видеть.

– Извини, Ванесса, – сказал он, подозрительно глядя на нее. – Зайду попозже.

– Все нормально, – ответила она. – Я сейчас ухожу.

Он внимательно взглянул на нее.

– Ничего не случилось?

– Нет конечно, – слишком резко ответила она. – Что ты хотел?

Форрестер прищурился, но решил не заводиться. В свои тридцать пять он был самым младшим из трех ее партнеров, любимцем пациентов и сотрудников. Выпускник Университета Дьюка и медицинской школы при университете, он был прост в общении и расслаблен, как любимый кузен. С точки зрения работы с пациентами его личность была настоящим сокровищем, только для Ванессы она стала угрозой.

– У меня в пятницу вечером собирается компания, – пояснил он. – Ничего формального, просто приятная осенняя вечеринка. Если у тебя нет других планов, я буду рад тебя пригласить.

– Спасибо, – сказала она, – но мы с Астер идем в «Сент-Майклс».

Улыбка вернулась на лицо Форрестера.

– Девочки решили погулять?

Она просто кивнула, не став вдаваться в подробности.

– Что ж, правильно. Я не помню, когда ты в последний раз выбиралась из города.

– Я тоже так думаю.

Оставив карточку пациентки незаполненной, она надела плащ, и Форрестер совершенно верно посчитал это намеком на то, что разговор пора заканчивать.

– Нам будет тебя не хватать в пятницу, – сказал он. – Приятного вечера.

Когда он ушел, она поставила компьютер на спящий режим и пошла в женский туалет. Увидев свое отражение в зеркале, поморщилась. Фарфоровая кожа порозовела и покрылась пятнами, тушь расплылась темными кругами под глазами. «Понятно, почему Чед так странно на меня посмотрел», – подумала Ванесса. Она вытерла остатки косметики и заставила себя успокоиться. Почему ей так хотелось побыстрее оказаться дома, Ванесса не понимала. Когда муж и сын находились на другом конце света, там ее ждал только Скипер, их золотистый ретривер. И все же она ощущала это: неудержимый порыв двигаться, куда-то идти, что-то делать, что угодно, лишь бы заглушить кипевшее в ней чувство вины. «Тебе придется сделать выбор, – увещевало сознание. – Он не может ждать вечно».

Она сделала глубокий вдох и вышла из туалета, чувствуя себя обманщицей. После оживленного понедельника практика постепенно успокаивалась. Фельдшеры и лаборанты уже разошлись, а сотрудники регистратуры убирали рабочие места. Помахав секретарше, она вышла через черный ход.

Была всего половина шестого, но ночь уже вступила в свои права. Осмотрев стоянку, Ванесса быстро подошла к своему кроссоверу «ауди». Практика ее находилась в офисном комплексе в Силвер-спринг, пригороде Вашингтона, округ Колумбия. Район достаточно безопасный, но один раз ее ограбили – это случилось в Манхэттене, когда она училась в колледже, – и ей не хотелось повторения.

Вдруг она услышала свое имя:

– Ванесса, подожди!

Она повернулась и увидела шагающую к ней Астер Робел, ее красивое черное лицо и белый воротничок сияли в свете уличного фонаря. Родилась Астер в Эритрее, но ее семья бежала из Асмэры в 1981 году, во время бесконечной войны с Эфиопией. Они с Ванессой познакомились на первом курсе медицинской школы и привязались друг к другу, как сестры. Хоть родом они были из разных миров, обе с самого детства были беженками. Невзгоды закалили их и превратили в трудоголиков, для которых главная цель в жизни – возвыситься над своими корнями. Когда они увидели это друг в друге, назад уже не оглядывались.

– Я говорила с Чедом, – сказала Астер с неистребимым африканским акцентом. Посмотрев на лицо Ванессы, она увидела ее сомнение. – Дэниел новое письмо прислал, да?

Ванесса кивнула, сдерживая слезы.

– Они все еще на Сейшелах?

– По графику должны были вчера отплыть.