Читаем Слепые чувства полностью

Парни молчали почти до самого города, но когда вы, по воле судьбы, плывёте в одной тесной лодке, то выжить друг без друга не получится. Антон на своём опыте знал, чем может закончится даже самая маленькая ссора в самый ответственный момент, поэтому он нарушил молчание первым:

– Мы вроде подъезжаем… как там с бензином?

– По счастливой случайности нам досталась машина с полным баком, хотя, если подумать, в этом нет ничего удивительного. Хватит ещё километров на сто…

– Вообще нам лучше избегать городов, но в этот заехать стоит. Поедим где-нибудь, отдохнем, дождёмся ночи, а там стырим номера и поедем. Надо бы ещё где-нибудь найти карту и… пару кассет с музыкой.

– Чего?

– Возможно ты не заметил, но тут стоит кассетная магнитола. Не знаю точно сколько мы будем ехать до Мурманска, но пилить нам явно дохрена, и я не хочу помереть здесь от скуки.

– Да, ты прав, разговоры с тобой – штука далеко не из приятных. Загляни в бардачок – магнитолы без кассет обычно не бывает.

– Хм… Здравая мысль… Сейчас гляну. Блин, тут сплошная, как бы выразиться помягче… «эстрада»: Леонтьев, Пугачева, Лещенко… Так, а это что? Сборник народных песен в исполнение казачьего хора… думаю давящая со всех сторон тишина будет куда приятнее для уха. Да, вот это шуточки от судьбы…

– Шуточки говоришь… Ты ещё не слышал фирменные анекдоты про Штирлица от Кати.

– Ну-ка, просвети меня.

– Штирлиц стрелял вслепую. Слепая испугалась и побежала скачками, но качки быстро от неё отстали. Письмо из центра до Штирлица не дошло. Ему пришлось его перечитывать второй раз. Из форточки дуло. Штирлиц закрыл форточку и дуло исчезло. Или вот мой любимый: Штирлиц проигрывал в карты, но он умел делать хорошую мину при плохой игре. Когда он ушел, мина сработала.

– Да уж… – протянул Антон в ответ, – я тоже знаю анекдот, но только про Сталина. В это время ведь его можно рассказывать, меня не расстреляют? Пофиг: у Сталина было два танка, и он катался на них по очереди. Очередь возмущалась, но не расходилась.

– Согласен, в моём исполнение они звучат не очень. Возможно дело было в фирменной подаче Кати… – Олег тут же загрустил, вспомнив её вечно улыбающиеся лицо, – поскорее бы эти мрази сдохли… Слушай, ты можешь сказать мне, что будет на следующем этапе, и кто может нам помочь?

– Не-а. Ты должен пройти этот путь сам. Давай сменим тему. У водителей есть какие-нибудь фишки, чтобы гаишники не останавливали лишний раз?

– Чем оживлённее поток, тем ниже вероятность «тормозов», а чтобы наверняка, можно перестроится на левую полосу и спрятаться за каким-нибудь КАМАЗом.

– И как ты оцениваешь нашу ситуацию?

– Нормально. Нас вряд ли остановят, если не ищут целенаправленно. Сколько там, кстати, до города? Я пропустил указатель.

– Пять километров вроде было.

– Ага, по окружной, думаю, смысла ехать нет: если гайцы нас ищут, то они перекрыли все въезды и выезды. Заедем на первом – там наверняка поворачивает больше всего машин.

– Тебе виднее.

Все их предосторожности оказались оправданными – где-то через пятьсот метров, у белой таблички с названием города, стояли две милицейские машины, и четыре гаишника в полном обмундировании высматривали номера проезжающих машин, взволнованно крутя своими жезлами и не обращая на сами автомобили никакого внимания. Проехав мимо них, парни облегченно выдохнули.

– Сейчас мы проскочили… – сказал Антон, – но не факт, что нас не попытаются остановить в дальнейшем. Думаю, без документов и с мини арсеналом в багажнике нам будет ой как несладко… Придётся удирать.

– Есть у меня одна идея. Надо ездить днём, когда машин больше всего. Ночью их мало и гайцы останавливают каждого. Да и рулить при свете солнца гораздо легче, чем ночью.

– Здравая мысль… о, столовая! Давай заедем, похаваем. Далеко от выезда отъезжать не стоит: мы не знаем, насколько большой этот город, и заблудимся без навигатора, который, естественно, ещё не придумали.

– Окей.

Они припарковались у главного входа небольшого одноэтажного здания, над которым висела большая красная вывеска с жёлтыми буквами: «СТОЛОВАЯ №5». Олег заглушил двигатель, разомкнув пару разъёмов под рулём, а Антон достал из мешка купюру в три рубля.

Сама столовая была один в один как в лагере, только без навязчиво-незаметной пропаганды на стенах и более свободной расстановкой столов. Всё это вновь вогнало Олега в тоску по погибшим друзьям, поэтому кушали парни в полном молчании, и лишь иногда Антон бросал мимолетную похвалу «Совковой стряпне».

– Пойдём потом немного прогуляемся, – доедая, сказал он.

– Нашу машину с вооружением для целого полка оставим прямо здесь?

– Почему бы и нет? Кому какое дело до простой пятёрки? Да и тем более тут довольно многолюдно – не угонят. Всё равно, если мы решили ездить днём, то до утра отсюда точно не уедем.

– Сколько времени?

– Полседьмого. Что-то мы сильно задержались с этим ограблением.

– Ты это, не болтай об этом особо. Тут даже у стен есть уши.

– Поверь мне, на это смело можно забить. Пойдём?

– Пойдём.

***