Читаем Слепой царь (СИ) полностью

вот так мы и катили по степи. А поскольку пришлось двигаться галсами, дорога наша удлинилась в полтора раза. При скорости километров сорок в час мы должны были бы добраться до места дислокации наших войск не раньше вечера. Осознав это, я приказал сменить белые паруса на цвет более тёмный. Но таких парусов не было. Тут выручила принцесса. Одним взмахом руки она перекрасила наполненные ветром полотнища в камуфляжный вариант. Не знаю, как это выглядело со стороны, но корабельщикам это новшество не понравилось. Мы пообещали, что после похода вернём их парусам прежний цвет.

До предполагаемого места лагеря, мы добрались глубокой ночью. Чтоб не демаскировать себя раньше времени, убрали паруса, закрепили снасти, организовали круговую разведку, охрану с секретками, и завалились спать.

Когда солнце едва коснулось своими первыми лучами горизонта, меня разбудил капитан. Оказывается, мы ошиблись и вышли немного севернее расчётного места. Если смотреть на поле-боя, то солнце будет слепить глаза. Я выругался, и приказал немедля поднимать паруса и уходить, пока ещё не совсем рассвело.

К десяти утра нам всё же удалось подобраться к предполагаемому месту битвы. Теперь солнце находилось у нас за спиной. Нет, ещё не совсем так. Немного правее. Но позиция изменилась в лучшую сторону. Мы принялись осторожно подкрадываться к холмам. В степи лагеря Кожемякина не было. Это меня насторожило, а Матвея озадачило. Запускать планериста было опасно. Вчера он шёл на большой высоте, не приближаясь к холмам, поэтому его вполне могли принять за степного орла. А вот сегодня надо было бы идти пониже, чтоб разглядеть кто и где. Могли бы стрелой достать. Было решено не рисковать человеком, а попробовать разобраться с помощью подзорных труб. Благо у Дженни сохранился бинокль. С его помощью и удалось выяснить, где наши, а где враги.

Оказалось, что Кожемякин с войсками устроился у подножья между двумя холмами. Позиция крайне невыгодная. Почему он туда полез? Неужели не мог сходу подняться на холмы и занять там позиции?

Явились разведчики, посланные ещё ночью выяснить обстановку за холмами. Они доложили, о том, что мы уже и без них поняли. Наши войска окружены и зажаты между холмами. Кожемякин выстроил Китай-город, но это очень неудачное решение. С холмов постепенно всех выбьют. Сверху стрелять куда удобнее, и прицельнее. И не только стрелами. Камни тут ох, как хороши. Убойнее стрел будут. Степняков тысяч двадцать. В четверо больше, чем наших. Хотя точного количества войск, отправившихся сюда, мы не знали.

— Какого дьявола он полез туда! — Не выдержал я. — Идиот, а не начштаба. Да ещё и со всем обозом. Болван!.. Что делать будем?

Никто ничего не ответил. А что они могли сказать? Нас на корабле вместе с обслуживающим персоналом было-то всего двести пятнадцать человек. А многотысячная армия пряталась за перевёрнутыми телегами в нескольких километрах от корабля. Лошадей у нас практически не было. Брали только для разведки. Так что оставалось идти пешком. Не далеко, но совершенно бессмысленно.

Я стоял у бушприта и думал, думал, думал. Надо было рисковать. Отсюда мы всё равно никого не достанем. А наши воины-маги вовсе неизученный материал. Что они могут и на каком расстоянии? Сумеем ли мы вообще сделать хоть что-нибудь? А делать надо. Иначе вся эта орда рванёт по городам.

— Поднять паруса! — крикнул я. — Капитан, подходим на дистанцию в полкилометра. К ближайшему холму.

Забегали по палубе матросы, заскрипели блоки, зашуршали расправляясь паруса.

— Что ты придумал? — Спросила подошедшая Сяомин.

— А ничего. — Ответил я. — Думаю подойти ближе и попробовать обстрелять вершины холмов молниями.

— Где ты возьмёшь молнии? — Усмехнулась китаянка.

— А маги на кой? Вот пусть и покажут, на что способны.

— Изольда не говорила, что они могут метать молнии.

— А что они могут?

— Камни.

— Тоже не плохо. Только где взять столько камней в степи? Да ещё в нужном количестве?

— А где взять молнии?

— Электричества в степи всегда навалом. Посмотрим. Только фляги с водой приготовьте. И людям объясните, когда, кому и сколько давать. Воду поберечь надо.

— Что мы будем делать?

— Кто мы? — Не понял я.

— Я, принцесса, Изольда?

— Слушай! А ведь это мысль!

— Что именно?

— Связка!

— Не понимаю.

— Ладно, поймёшь. Только вот надо будет стать так, чтоб в нужный момент набрать воздуха в паруса и сменить позицию. Это объясни капитану.

— Ему не надо ничего объяснять. Он и без тебя это знает. Как только кораблю будет угрожать опасность, он сам драпать будет.

— Вот именно. А мне не надо драпать. Не ему решать, когда удирать. Понятно?

— Понятно.