Читаем Следы проклятия полностью

Тяжёлый воздух поляны сотрясался от напряжения. Крики битвы звучали со всех сторон, но внутри круга, очерченного рунами, царила неестественная тишина. Алтарь мерцал мягким светом, словно в ожидании момента, когда его сила будет освобождена.

Мелиэль стояла напротив Доффа, их взгляды встретились, и в них отражалась вся тяжесть предстоящего ритуала. Силы света и тьмы, которыми они владели, должны были слиться воедино, чтобы снять проклятие, но в этом единении таился риск — потерять себя, стать частью Леса навсегда.

Гривен, сжав в руках Камень Истины, вновь извлечённый из сундука, закрыл глаза, чувствуя, как остатки его магии, некогда дарованной ему для хранения реликвии, медленно откликались на зов Алтаря. Он вновь запускал ритуал. Воспоминания нахлынули волной — долгие годы, проведённые в бегах, охраняя секрет, что мог спасти или погубить мир. Он глубоко вздохнул и произнёс:

— Я отдаю всё, что осталось. Пусть баланс вернётся.

Камень вспыхнул ярким светом, и магическая волна прошла по поляне, заставляя врагов на мгновение отшатнуться. В этот момент Мелиэль и Дофф медленно протянули руки к Алтарю. Их магии снова встретились над ним, образуя тонкую нить, соединяющую свет и тьму.

— Ты чувствуешь это? — прошептала Мелиэль, ощущая, как её магия словно растворяется в силе Леса.

— Да, — ответил Дофф, его голос был напряжённым. — Но мы должны объединить… их.

Они закрыли глаза, позволяя магиям слиться воедино, и в этот миг перед их внутренним взором промелькнули образы прошлого. Высшие, стоящие у этого же Алтаря, приносящие клятвы. Мелиан, мать Мелиэль, чьи руки держали тот самый Камень Истины, её взгляд был полон решимости и печали. Дофф почувствовал, как в нём зашевелились сомнения. А что, если они делают ту же ошибку, что и те, кто пришёл раньше?

Мелиэль сжала его руку крепче. Её голос был наполнен уверенностью:

— Мы не они. У нас есть выбор.

Снаружи битва бушевала. Гайя выпускала стрелу за стрелой, сдерживая натиск проклятых, Лайолана создавала магические барьеры, Арна направляла потоки воды, гася тёмное пламя.

Гривен стоял рядом, его руки дрожали, но он крепко держал Камень Истины. Он чувствовал, как артефакт переполняется энергией, направляемой прямо к Алтарю. Камень пульсировал, излучая тепло и силу.

— Пора, — сказал он, сжав кулак.

Мелиэль взглянула на Доффа. Он был сосредоточен, его золотые глаза пылали решимостью. Все трое шагнули вперёд, направляя энергию Камня, Пояса и Клинка. Магические линии на поверхности Алтаря вспыхнули ослепительным светом, который распространился во все стороны, накрывая Великий лес.

Внутри кокона Моргрейн вдруг почувствовал, как стена вокруг него начала трескаться. Он усмехнулся. Вложив всю оставшуюся тьму в один мощный рывок, он прорвал кокон, и волна тьмы пронеслась по поляне, заставив всех инстинктивно отшатнуться.

— Вы думаете, что победили? — его голос прозвучал насмешливо. — Это только начало.

Он поднял руку, и тьма, клубящаяся вокруг него, начала собираться в заклятие. Однако в этот момент луч объединённой магии ударил по нему, вынуждая отступить. Моргрейн пошатнулся, его глаза сверкнули злобой.

— Я вернусь, — прошипел он, растворяясь в ночи. — И тогда вам не сдобровать.

С уходом некроманта почти все химеры лишились управления, став уязвимыми, а большая часть нежити — подобия жизни, рассыпались в прах. С остатками эльфы и отряд расправились без труда

Когда тьма над поляной окончательно рассеялась, все осознали — битва окончена, но не война. Мелиэль и Дофф, ощущая новую связь с Лесом, поняли, что больше не смогут покидать его надолго. Их судьба теперь неразрывно связана с этим местом.

Эльве и Ниэви подошли к ним, с гордостью наблюдая за их победой. Гривен, устало опустившись на землю, тяжело дышал, держа в руках пустой сундук — Камень Истины занял своё место на Алтаре.

— Лес очистился, но, увы, пока только он, — тихо произнесла Мелиэль.

— Нам предстоит восстановить баланс во всём мире, — добавил Дофф, оглядывая поле боя.

Эльве, подошедший ближе, посмотрел на них с грустью и гордостью.

— Лес принял вас, — тихо сказал он. — Но впереди ещё долгий путь. Эльфам предстоит стать мостом между мирами, чтобы восстановить утраченный баланс.

Мелиэль кивнула, её глаза затуманились, словно всматриваясь в одной её видимые пути.

— Мы будем готовы.

Эльфы собирались вокруг, готовые следовать за новыми Хранителями Леса. История Высших начиналась заново. Лес оживал, мягкий свет струился сквозь ветви деревьев, словно сама природа приветствовала их победу.

Чуть позже, в сумраке предзакатных теней, отряд оплакивал Хъёрга, павшего во время ритуала. Его жертва, осознанная и добровольная, стала тем решающим шагом, на который никто из них не был готов. Дофф стоял молча, глядя на его безжизненное тело, Мелиэль осторожно коснулась его плеча.

— Он выбрал свой путь, — тихо сказала она. — И этот выбор был достойным.

Лайолана закрыла глаза, произнося слова прощания, а Гайя, сдерживая слёзы, прошептала: — Он спас нас… и, возможно, сам себя.