Читаем Следы на камне полностью

В меловом периоде по всей Земле совершилось новое огромное наступление моря. Вода залила всю среднюю Европу, всю северную Африку и почти всю Австралию. Равнина, занятая нашей страной, тоже подвергалась частичному затоплению. К югу от Москвы почти все сплошь было залито водой.

Море это было глубоким и простиралось тут много миллионов лет подряд.

На отложениях этого моря, прикрытых сверху более поздними наносами, стоит Харьков; пласты мелового периода залегают тут полукилометровой толщей и на две трети состоят из обломков раковин, из мела.

Сколько же лет должно было тут существовать море, чтобы могло накопиться кладбище ракушек, толщиной почти в полкилометра!

Пласты мелового периода выходят наружу в обрывах Воробьевых гор в Москве.

Меловым периодом кончается мезозойская эра, время ящеров. Они погибают в самом конце этой эры, как раз тогда, когда начинается новая геологическая революция. Эта новая революция растянулась с перерывами почти на весь тот промежуток времени, который мы зовем кайнозойской эрой; ведь эта последняя в истории Земли эра длится еще недолго, всего пятьдесят пять миллионов лет.

С началом этой эры Землей овладевают млекопитающие. Им приходится жить в очень бурную эру: везде воздвигаются новые горные хребты, происходят оледенения, трескаются и расползаются материки.

Великий Южный материк треснул уже в прошлую революцию, в пермский период; в течение мезозойской эры обломки его раздвинулись в разные стороны и в свою очередь продолжали раскалываться дальше: один раскалывается на Африку и Южную Америку.

Южная Америка движется на запад, одни части ее набегают при движении на другие, так что ее западное побережье сминается в складки — горы.

Другая половина бывшего великого материка тоже раскалывается, самый большой осколок — Австралия — движется на восток, и складки — горы — появляются на восточном побережье Австралии.

Другие осколки, поменьше, — Индия, Аравия — расходятся в разные стороны и приближаются к Северному материку, и в конце концов сращиваются с ним.

Большой кусок бывшего Южного материки просто опускается вниз, его покрывает вода, тут разливается Индийский океан. Маленький кусок, отделившийся гораздо позже, ползет к Африке, это — остров Мадагаскар. Таким образом возникают два сравнительно молодых океана: Индийский океан и южная половина Атлантического океана.

И вместо одного южного материка становится три: Австралия, Африка, Южная Америка; да еще некоторые куски разломившегося материка пошли на достройку Северного материка. Но и сам Северный материк не остался целым.

От него откалываются Северная Америка и Гренландия. То, что остается, мы можем назвать уже теперешними именами — Европа и Азия. Северная Америка уходит на запад, и так же, как в Южной Америке, у нее на западе появляются складки — горы. Европа с Азией, вероятно, отодвинулись на восток: на востоке Азии появляются горные хребты.

Между Европой и Северной Америкой так же, как между Африкой и Южной Америкой, появляется залитая водой впадина. Обе половины залитой водой впадины соединяются, возникает новый океан — Атлантический.

Северная Америка то накрепко соединяется с Южной, то снова отрезается от нее проливом; с Азией Северная Америка связана почти все время; Берингов пролив появляется изредка на короткое время.

Вот сколько перемен происходит за последние пятьдесят пять миллионов лет! Карта Земли совершенно преображается. Никогда, пожалуй, если не считать самых древних времен, о которых нам известно очень мало, не было такого бурного, богатого событиями времени.

И в это бурное время, когда меняется все — и очертания материков и океанов, и самое количество их, и их местоположение, — когда резко меняется климат и поднимаются новые горные хребты, в это самое неспокойное время быстро развиваются млекопитающие животные и появляется на Земле человек.

Мы живем сейчас в кайнозойской эре; она началась сравнительно недавно, всего только один период ее успел истечь. Истекший период — он продолжался приблизительно пятьдесят четыре миллиона лет — зовут третичным периодом; нынешний зовут четвертичным.

Откуда пошли эти странные названия — «третичный», «четвертичный»?

Прежние геологи делили историю Земли не так, как мы; они делили ее всего на три части; кайнозойская эра была по счету третьей, другими словами — третичной; потом оказалось, что удобнее выделить самые последние времена истории Земли в особый отдел, в четвертый по счету, или четвертичный, отдел; а потом пришлось вообще отказаться от прежнего деления и перейти к такому геологическому календарю, который и приведен в этой книге.