А рабочая сила, похоже, была под рукой: в материалах проекта составления карт Теотиуакана содержатся оценки, по которым в лучшие времена население города достигало 200 тысяч человек — больше, чем в Риме времен Цезаря. Было также установлено, что видимые сегодня основные монументы занимали лишь малую часть общей площади Теотиуакана. Максимальная площадь, которую город когда-либо занимал, превышала 30 квадратных километров. В это время в его состав входило около 50 тысяч индивидуальных домов в двух тысячах жилищных поселков, 600 более мелких пирамид и храмов и 500 «фабричных» районов, которые специализировались на изготовлении керамики, статуэток, огранке камней, обработке раковин, базальта, сланца, производстве щебня.

На вершине пирамиды Луны я остановился и не спеша огляделся. Внизу передо мной в полого спускавшейся к югу долине раскинулся весь Теотиуакан — геометрический город, спроектированный и построенный безвестными зодчими в доисторические времена. С востока над прямой как стрела Улицей мертвых высилась пирамида Солнца, вечная «распечатка» математического послания, программа которого была заложена в нее много веков назад, послания, которое должно было привлечь наше внимание к форме Земли. Можно подумать, что цивилизация, которая построила Теотиуакан, сознательно решила закодировать сложную информацию при помощи долговечных памятников, используя при этом язык математики.

Почему — язык математики?

Может быть, потому что, какие бы радикальные изменения и преобразования не претерпевала человеческая цивилизация, радиус круга, умноженный на 2π, всегда даст длину окружности. Иными словами, язык математики мог быть выбран из практических соображений: в отличие от словесного языка, такой код может быть всегда расшифрован даже людьми неродственной культуры, которые будут жить через тысячи лет.

Не в первый раз мне стало не по себе от того, что забыт целый эпизод из истории человечества. Глядя на математический город богов с вершины пирамиды Луны, я подумал, что мы были поражены какой-то ужасной амнезией и что темный период, легкомысленно окрещенный «доисторическим», вполне может скрывать невообразимую информацию о нашем прошлом.

Что такое предыстория, в конце концов, если не забытое время, о котором не сохранилось свидетельств? Что такое предыстория, если не эпоха непроницаемого мрака, через которую прошли наши предки, но о которой у нас не сохранилось воспоминаний? Именно из этой эпохи мрака нам был адресован Теотиуакан со всеми своими загадками, за которыми стоит математический код в форме астрономических и геодезических линий. И из той же эпохи пришли скульптуры ольмеков, невообразимо точный календарь, который майя заимствовали у своих предшественников, непостижимые «геоглифы» Наска, загадочный город в Андах Тиауанако… и столько других чудес, о происхождении которых мы ничего не знаем.

Похоже, что мы внезапно пробудились от долгого и беспокойного сна, перед глазами день, а нас все беспокоят неясные, но навязчивые отзвуки наших снов…

Часть 4

ТАЙНА МИФОВ

Люди, потерявшие память

Глава 24

ОТЗВУКИ НАШИХ СНОВ

В ряде мифов, которые достались нам в наследство от древних времен, мы, похоже, сберегли искаженную, но звучную память об ужасающей глобальной катастрофе.

Откуда идут эти мифы?

Почему пришедшие от несвязанных друг с другом культур они даже текстуально так похожи? Почему в них фигурирует одинаковая символика? И почему в них нередко фигурируют тот же набор персонажей и сюжетные ходы? Если это действительно память, то Почему же не сохранилось записей о планетарной катастрофе, с которой они связаны?

Возможно ли, чтобы сами мифы были историческими записями? Возможно ли, чтобы эти чарующие и бессмертные истории, сочиненные анонимными гениями, служили средством записи такой информации и пересылки ее в будущее из доисторических времен?

И КОВЧЕГ ПОПЛЫЛ ПО ЛОНУ ВОД

Жил-был когда-то в древнем Шумере правитель, который стремился к вечной жизни. Звали его Гильгамеш. Мы знаем о его подвигах, потому что уцелели мифы и предания Месопотамии, записанные клинописью на глиняных и потом обожженных табличках. Многие тысячи этих табличек, некоторые из них восходят к началу III тысячелетия до н. э., были извлечены из песков современного Ирака. Они несут уникальную картину исчезнувшей культуры и напоминают нам, что даже в те дни седой древности человеческие существа хранили память о временах еще более далеких, временах, от которых их отделял великий и ужасный потоп: