Читаем Следуя сердцу (СИ) полностью

Оглянувшись несколько раз, чтобы убедиться, что из Динсяна за ними не было погони, Чангэ откинула голову на плечо Суна и устало закрыла глаза. Сун ни о чем не спрашивал, — для этого еще будет время, позже, — позволив ей эту короткую передышку. Она только чувствовала ласку его нежного взгляда на своем лице. Долгий и трудный день еще не закончился, но самое страшное было позади. Она успела, с помощью друзей смогла освободить Суна, и все они были живы. Только Мими… но с ней все будет хорошо, Чангэ верила учителю.

Убаюканная ровным бегом коня и ощущением безопасности, которое дарили надежные руки Суна и гулкое биение его сердца, отдающееся ей в спину, Чангэ незаметно соскользнула в беспамятство и очнулась только от негромкого «хюи!», которым Сун останавливал коня. Они прибыли в походный лагерь генерала Ли, и первым, кого увидела Чангэ, открыв глаза, был с беспокойством смотрящий на нее Вэй Шуюй.

Сун быстро спешился, снял ее с седла, обхватив за талию, потом повернулся к Шуюю и чуть наклонил голову в приветствии. Шуюй окинул его быстрым взглядом, вежливо поклонился и снова перевел взгляд на Чангэ.

— Я рад, что с вами обоими все в порядке, — улыбнулся он, убедившись, что Чангэ невредима.

— Вэй Шуюй, — удивленно спросила Чангэ, отвечая улыбкой на его улыбку, — а ты как здесь оказался?

— Его Величеству стало известно, что принцесса Ичэнь держит в заложниках императрицу Сяо и ее внука. Он направил меня с приказом командующему Ли оказать содействие в освобождении и возвращении заложников в Чанъань. Но, как вижу, с освобождением ты справилась и без него.

— Благодаря внезапной атаке генерала Ли, которая отвлекла внимание Ичэнь, мы смогли без потерь покинуть Динсян, — сказал Сун, благодарно кивая подошедшему Ли Цзину. Тот дружелюбно усмехнулся.

— Брат Цинь, поздравляю, тебе блестяще удалось выбраться из смертельной ловушки, а заодно позаботиться о заложниках.

— В этом заслуга Чангэ и ее друзей, — восстановил Сун справедливость. — Генерал Ли, что с моим отцом?

— Ты сможешь увидеться с ним завтра, когда прибудет основное войско, — серьезно сказал Ли Цзин. — Но, если хочешь узнать о его состоянии, поговори с лекарем Хань. Он осматривал хана вместе с главным лекарем, когда его привезло Соколиное войско… — Генерал Ли взглянул на спешившихся воинов Соколиного войска, окруживших Му Цзиня с Мими на руках. — Вижу, у вас раненная, заодно лекарь Хань позаботится о ней. Идем, я провожу вас.

Сун посмотрел на Чангэ, предлагая ей подождать, позвал Му Цзиня и последовал за Ли Цзином к лазаретной палатке. Проводив их взглядом, Чангэ снова обратилась к Вэй Шуюю:

— Шуюй, расскажи, как там дела… — она хотела сказать «у Лэйянь», но, поколебавшись мгновение, решила обобщить, — … в Чанъане.

Он заметил ее колебание и проницательно ответил сначала на тот вопрос, который она задать не решалась.

— Император здоров и полон энергии. Едва подписанный договор о союзе уже приносит свои плоды: Мобэй и Монань успешно отражают попытки принцессы Ичэнь закрепиться на их территориях… Его Величество беспокоится за тебя. Неофициально, я попросил направить меня сюда, чтобы помочь тебе. Прости, я опоздал.

— Не извиняйся, — успокоила его Чангэ. — У меня было достаточно помощников, и мы справились… Что еще?

— Лэйянь и Хао Ду поженились. Жаль, тебя не было на их свадьбе, Лэйянь была очаровательна. И то и дело любовалась твоим подарком… Я помню зеленого уродца, которого ты выдала за кролика в прошлый раз, — шутливо поддел он ее. — Лэйянь обращалась с ним, как со сказочным сокровищем. Неужели белое пушистое совершенство на ее лунном веере в самом деле было вышито теми же руками?

Чангэ рассмеялась:

— Ты не должен сомневаться, Шуюй. Я очень способная и могу добиться чего угодно, если поставлю себе цель. Не могла же я в такой день позволить Лэйянь распугивать гостей очередным уродцем на свадебном веере!

— Да, и правда… — легко согласился Шуюй. — Лэйянь выглядела очень счастливой. О Хао Ду вообще молчу: видела бы ты это мягкое, будто опьяненное, выражение на его суровом лице! — Он улыбнулся. — Я искренне счастлив за них. И за тебя тоже, Чангэ. Я был неправ в своих подозрениях относительно Ашилэ Суна. Признаю это. Он достойный человек.

— Спасибо, Шуюй. — Чангэ сглотнула комок в горле, тронутая его словами. — Знаю, тебе не нравится сухая учтивость. Но я правда хочу поблагодарить тебя, от всей души. За последние месяцы я порою действовала безрассудно, и не раз неправильно понимала тебя. Спасибо тебе за терпение и постоянную готовность помочь.

— Чангэ. Даже если мы не скоро увидимся снова, — тепло уверил ее Шуюй, — мы все равно будем друзьями. Это никогда не изменится.

…

Сун вернулся из лазаретной палатки, тщательно скрывая эмоции за нечитаемым выражением лица. Чангэ решила, что он не услышал ничего утешительного о состоянии хана. Потому что в ответ на ее вопросительный взгляд он рассказал, что с Мими все в порядке, лекарь извлек стрелу, наложил повязку и даже ненадолго привел ее в сознание, чтобы она могла выпить обезболивающий отвар. Теперь она уже просто спала. Му Цзинь остался рядом с ней.