Анна Трефц

Следствие ведет блондинка

может быть специалистом по атомной энергетике…

(из сборника анекдотов)

Глава 1.

– Мне, пожалуйста, два гамбургера, картошку и колу!

Библиотекарь шепотом:

– Девушка!!! Это библиотека!

Девушка шепотом:

– Ой, простите, два гамбургера, картошку и колу…

(Из сборника анекдотов)

Майкл Райд славился в возглавляемом им отделе компьютерных коммуникаций, да и, пожалуй, во всем Центральном Разведывательном Управлении человеком гибкого мышления, для которого не существует словосочетания «не может быть». Но по заднице и стул, как говорили в родном городке Майкла, который затерялся между Хьюстоном и Чикаго. Другой бы человек на посту заведующего отделом компьютерных коммуникаций долго не удержался. Если сотрудник лишен творческой фантазии, ему не только не место в кресле Майкла Райда, но и вообще делать нечего в его отделе. Именно поэтому в подчинении у Майкла находилось двадцать совершенно отвязных хакеров, большинство из которых вообще предпочитало не вставать из-за компьютера, умудряясь справлять малую нужду в бутылку из-под Пепси Колы. И судя по запаху, с давних времен прижившемуся в отделе, большую нужду они тоже справляли где-то поблизости. О мытье и смене одежды речи не шло. Единственными, кто уходил домой спать, и вообще как-то жил вне стен управления, были сам Майкл и его секретарша Пепин. Как ни странно, его подчиненным работенки хватало с лихвой, и если бы не их энтузиазм, то в отдел пришлось бы нанимать еще столько же хакеров. Ну, а как быть, если рейтинг компьютерной сети ЦРУ по популярности среди взломщиков опередил даже сеть Национального банка США. Ежесекундно в охраняемое майкловыми хакерами компьютерное пространство ЦРУ ломились сотни настойчивых незваных посетителей. Они с легкостью взламывали самые навороченные коды и пароли, они лезли со всех сторон как саранча, но отдел Майкла Райда стоял стеной на пути непрошенных гостей. Именно в этом и заключалась роль сотрудников отела компьютерных коммуникаций. Ну, и еще кое в чем. Вот именно об этой небольшой побочной для отдела работенке сейчас и шла речь. Как назло, дело застало Майкла в самый неподходящий момент и в самой неподходящей позе: он только что вознамерился пустить мяч в ворота. Майкл так и стоял, согнувшись, с клюшкой для мини-гольфа в вытянутых руках.

– Майкл, Давид говорит, это срочно! – второй раз пропел в селекторе волшебный голос секретарши Пепин.

– Срочно! – Майкл вздохнул и выпрямился, – Но, если только он меня надул, и речь опять пойдет об особенной технологии вытягивания макарон, которую фермеру из штата Оклохома под большим секретом сообщил пришелец с Альфа Центавра, я этому Давиду сделаю второе обрезание. И я не буду таким деликатным как его раввин.

– Орион, – не обращая внимания на возмущение начальства, поправила Пепин, – Пришелец был с Ориона. За свой секрет он потребовал от фермера пять кусков говяжьей вырезки.

– Какая разница, – Майкл вздохнул и, закинув клюшку на плечо, отправился вон из кабинета.

Открыв дверь в общий зал, он по привычке задержал дыхание. Глаза тут же защипало, он зажмурился и помотал головой. А когда снова открыл их, то увидел насмешливую улыбку Пепин. Майкл уже перестал удивляться, как этой грудастой и жизнерадостной красотке удалось прижиться в столь несовместимом с человеческим существованием помещении с явно выраженными запахами мужской мочи, грязных носков, немытых тел, гамбургеров и одеколона «Тигр 2005», которым хакеры обильно поливали все вокруг, чтобы отбить остальные запахи. Сладковатый, дешевый аромат «Тигра 2005» не отбивал остальные запахи, а по какой-то неясной причине смешивал их и усиливал, как хороший катализатор, ускоряющий химическую реакцию. Однако Пепин, явившаяся однажды в эту хакерскую пещеру, совершенно не собиралась ее покидать. Она сидела здесь все отведенное ей рабочее время и даже к концу дня выглядела свежо и привлекательно. Впрочем, хакерам, иногда тоже нуждающимся в женщинах, на Пепин было плевать – им хватало секса по Интернету. А вот что удерживало его секретаршу на этой для любой нормальной девушки совершенно непривлекательной службе, Майкл понять не мог.

Пепин подала ему платок, от которого исходил тонкий аромат ее легких духов, и снова усмехнулась: