В письмах из разных отдалённых пунктов нашей великой Родины юные натуралисты спрашивают, как вылечить и воспитать раненого грача, как и чем прикармливать птиц зимою, как ухаживать за теми или иными растениями, просят дать описание жизни лося, косули...

Некоторые интересуются минералами и просят прислать коллекцию их. Получаются письма, в которых ребята спрашивают, где надо учиться, чтобы потом работать в заповеднике, как сделаться геологом, зоологом...

Загруженный работой, заведующий научной частью всегда находит время и для переписки: ни одно письмо не остаётся без ответа.

В результате длительной и плодотворной научной работы в заповеднике Сергей Львович написал немало научных трудов.

— Заповедник имени В. И. Ленина, — говорит Сергей Львович, — оправдывает своё название. Мы, научные сотрудники и наблюдатели заповедника, общими усилиями, дружной работой стараемся быть полезными нашей Родине, крепим мощь нашей великой страны...

СОКОЛИНАЯ СКАЛА

Излюбленным маршрутом посетителей Ильменского заповедника является прогулка на Соколиную скалу. Я побывала там вместе с экскурсией смоленских учителей. Соколиная скала расположена на левом берегу реки Первой Черемшанки. Это горная речка. Склоны Черемшанского лога очень живописны, обрывисты и скалисты. Русло реки завалено огромными камнями, окаймлено ивой.

Кругом сосновый и берёзовый лес, высокая трава и пёстрый ковёр цветов. Аконитов и медвежьих дудок здесь мало, но зато целые полосы других разнообразных цветов — белые, розоватые, синие, лиловые. Особенно красивы заросли горной гречихи, с ажурными, как дорогие кружева, метёлками белых, с кремовым оттенком цветов.

— Как пена! — восхищалась учительница Надежда Алексеевна, страстный ботаник,

— Горную гречиху, — рассказывал экскурсовод, по-местному, кислицей зовут. Щавеля здесь у нас мало, и её вместо щавеля в пищу употребляют: и щи варят и пироги из неё пекут. Её даже в кадушках на зиму засаливают. Вот синяя полоса оригинальных цветов змееголовника, полоса пушистых розовато-сиреневых раковых шеек, бледнорозовая полянка нежных, с поникшими тонкими стебельками цветов дрёмы или кукушкина цвета.

Между ними — красные и белые головки кровохлёбки и горного клевера, яркие, словно золотые на солнце, большие лохматые цветы козлобородника и на высоких стеблях соцветия синюхи с голубыми лепестками и жёлтыми тычинками. Глядя на этот цветок, я почему-то всегда вспоминаю такой же простенький и милый цветок незабудку.

Надежда Алексеевна с увлечением собирала цветы для школьного гербария и заразила нас своим энтузиазмом. Все мы старались помочь ей выбрать лучшие экземпляры, и она закладывала их в свою ботаническую папку. Экскурсовод время от времени щёлкал фотоаппаратом, но это её не удовлетворяло.

— Вот если бы зарисовать всё это, чтобы показать потом ребятам.

Среди учителей были и зоологи, которые гораздо более, чем растениями, интересовались животным миром Ильменского заповедника.

Где-то в вышине вдруг раздались трели, удивительно напоминавшие песнь жаворонка. Всё ближе, ближе — и они заканчивались в густой листве берёзы.

— Жаворонок поёт на дереве? — удивлённо спросил кто-то из экскурсантов.

Экскурсовод улыбнулся.

— Нет, это лесной конёк. Он окраской похож на жаворонка, но пением больше напоминает канарейку. Начиная свою» песню, конёк взлетает в воздух, а заканчивая песню, он спускается по наклонной линии и ставит крылья «коньком». Отсюда и его название.

Мы шли дальше. Где-то совсем близко послышался негромкий писк «син-син», «цин-цин». Зоолог остановился и указал на старую берёзу. Мы увидели, что по корявому, сероватому стволу её, совершенно сливаясь с ним, медленно передвигались-снизу вверх небольшие серовато-бурые птички. Они, опираясь, как дятел, на свой хвост, непрестанно засовывали свои тонкие изогнутые клювики в мельчайшие щели в коре дерева. И всё время пищали. За этот писк их прозвали пищухами.

На другом дереве вместе с пищухами лазали ещё и другие такие же не заметные на его коре птички — голубовато-серые поползни, всё время свистевшие и «цикавшие»: «тюй-тюй», «цит-цит». Поползни умеют лазить не только вверх по стволу дерева, но и сверху вниз. Этого не умеет ни одна птица.

— А вон и дупло, — указал экскурсовод, — в нём гнездо пищухи. И поползни и пищуха уничтожают много вредных насекомых. Это очень полезные птички.

— Как называется это растение? — две молодые учительницы стояли перед высоким стройным стеблем сибирской лилии — лиловой саранки.

— Такие лилии разводят у нас в садах, — говорила одна из них, — у них такие же закрученные лепестки, такие же листья. Но те кирпично-красного цвета, а эти лиловые...

Экскурсовод рассказал о богатых крахмалом луковицах саранки, некоторые уральские охотники кладут их в свою похлёбку из дичи.

— А в прежнее время, — добавил он, — целые месяцы, не имея хлеба, беглые каторжники питались сладковатыми луковицами этой лилии.