Читаем Следопыт полностью

Поездка навстречу почти неминуемой смерти наполнила меня страхом до краев. Я чувствовал напряжение и ужас, сковывающие мои внутренности. Но храбрым человеком был тот, кто направил этот страх в нужное русло и использовал его для борьбы. Знание того, что мы все в этом замешаны, что мы — братство равных, дало мне нечто невероятно мощное, помогающее победить этот страх. Я предположил, что тоже самое было и с остальными: мы все испытывали страх, но братство смягчало его.

Из раздумий меня вырвал тычок в ребра.

— Впереди, — крикнул Стив. — Блокпост на дороге!

Я посмотрел вперед, напрягая зрение, чтобы разглядеть то, что видел Стив. В свете моего ПНВ я смог разглядеть пару горячих блоков двигателей примерно в километре впереди нас. Пара автомобилей была припаркована сбоку от шоссе. Они образовали импровизированный блокпост на дороге. Их двигатели были все еще теплыми, и именно это тепло улавливал ПНВ.

Когда мы подъехали ближе, я смог разглядеть больше деталей. Машина слева выглядела как пустой микроавтобус «Тойота», припаркованный задом наперед на шоссе. Она было похоже на те две, которые мы только что разнесли на куски. Автомобиль справа был похож на такси типа «Датсун», за рулем которого сидел наш старый друг Рон Джереми.

Они оставили промежуток между двумя машинами, который, казалось, был достаточно большим, чтобы в него могли протиснуться машины. Не было большого смысла возводить блокпост с чертовски большим просветом посередине. Или, думая как враг, возможно, так оно и было. Может быть, они прикрыли эту брешь парой здоровенных ДШК, нацелились на нас и ждали, когда мы сунем в нее свой нос. Возможно, если бы мы заглотили наживку и пошли на прорыв, это стало бы верной добычей для поджидающих наводчиков ДШК. Мертвый верняк.

Или, может быть, у них была серия скрытых зарядов взрывчатки, установленных по обе стороны просвета и соединенных с детонационным проводом. Когда мы будем проходить мимо, они приведут в действие детонаторы и взметнут нас всех до небес. Или, может быть, они натянули несколько нитей колючей проволоки поперек просвета на уровне шеи, пытаясь оторвать нам гребаные головы.

Или, может быть, они разбросали по асфальту несколько ловушек, которые по своей сути представляли собой деревянные доски с вбитыми в них гвоздями, направленными вертикально вверх. Мы не увидим их до последнего момента, если вообще увидим. Без пулестойких шин, о которой мы просили еще в Кувейте, и в которых нам было отказано, нам пришел бы конец. Мы с ревом наезжаем на ловушки, и они рвут нам камеры. Это был бы грубый, но очень эффективный способ остановить нас.

Если бы они пробили наши шины, они бы нас к чертовой матери прикончили. В моем сознании промелькнули образы того, что иракцы сделали с ребятами из «Браво Два Ноль», как только захватили их в плен. Парни из БДН утверждали, что они из команды ПСС, посланной спасать нескольких сбитых британских пилотов. Иракцы им не поверили. Они запирали их изолированно и поодиночке в камерах, обмазанных дерьмом, и использовали избиения, инсценировки казней и кое-что похуже, чтобы попытаться сломить их, чтобы они признались, из какого подразделения они были. Пытки и издевательства продолжались несколько дней подряд.

От этих образов в моем сознании всплыло яркое воспоминание о том, как я сам по-настоящему находился в камере пыток. 1-й ПДБ был первой частью, введенной в Косово во время конфликта, и я привел свою роту в истерзанную войной столицу, Приштину. Мы были в городе пару дней и совершали дневное патрулирование. За нашими спинами были рюкзаки, в руках — наше личное оружие, и мы быстро передвигались по улицам пешком. Мы наткнулись на здание с костром из горящих документов снаружи. Я спросил нашего переводчика, что здесь происходит.

Оказалось, что это был сербский полицейский участок, который только что был покинут. Костер был предназначен для того, чтобы уничтожить все доказательства их преступлений. Но было невозможно скрыть, чем они занимались в подвале. Повсюду была разбрызгана кровь, бейсбольные биты, утыканные гвоздями, каркасы кроватей с ремнями, удерживающими жертв, и даже фотографии на стенах тех, кого они пытали. Но самым тревожным были кучи чрезвычайно мерзкой порнографии вампирского типа, разбросанные по комнате.

Это место пропахло болью, темными извращениями и злом. Если бы иракцы захватили нас живыми, я предполагал, что у них было бы припасено для нас нечто подобное. Возможно, этот блокпост был последней ловушкой, и все до сих пор было всего лишь какой-то нежной прелюдией. Кто, черт возьми, знает?

Мне не было особого смысла беспокоиться об этом или о том, что мы должны с этим делать. Джейс возглавлял колонну фургонов, и это был его выбор. В любом случае, мы все знали, как действовать при столкновении с блокпостом. Довольно скоро Джейсон должен съехать с шоссе, чтобы мы могли объехать блокпост по бездорожью и вернуться дальше на асфальт.