Служанка принесла бутылку пива и стакан со льдом, потом он остался один. К стакану не прикоснулся, пиво пил из бутылки.

Где-то далеко закричала гагара, эхо понеслось над водой.

Здесь Тим был так же далеко от дома, как и в белом доме среди бескрайних полей, но все равно ощущал умиротворенность, потому что это и был его дом, от одного океана до другого.

Глава 67

Цены юга или района бухты были им не по карману, вот они и нашли маленький городок на участке побережья, который им понравился.

И даже здесь они не смогли купить особняк у воды или с видом на океан, но зато купили крепкий дом, построенный в 1930-е годы.

Занимаясь ремонтом, жили в трейлере, который поставили на участке. Большую часть работы сделали сами.

Его семья (она включала ещё Пита, Зою, Лайма и Мишель) приехала на новоселье между Днем благодарения и Рождеством. Мишель привезла люстру со львами, и Линда заплакала, увидев ее, а потом заплакала вновь, узнав, что Мишель беременна.

Он получил первый заказ: сложил стену, потом выложил внутренний дворик, и один проект вел к другому. Скоро большинство жителей города знали его: Тим-каменщик, который вкладывает в работу душу.

После завершения ремонта Линда вновь взялась за перо. В этой истории не было злости, строки не сочились горечью.

— Это обязательно опубликуют, — сказал он, прочитав две первые главы. — Настоящая книга. В ней — ты.

Телевизора у них не было, но иногда они покупали газеты.

В феврале, через девять месяцев после того, как Тим убил киллера, нанятого убить Линду, средства массовой информации заполнили истории о заговорах и предъявленных обвинениях. Два известных политика покончили жизнь самоубийством, Вашингтон трясло, политические империи рушились.

Они следили за новостями неделю, потом перестали.

По вечерам слушали свинг и старые радиопрограммы: Джека Бенни, Фила Харриса, Бернса и Аллеи.

Они продали ее «Форд» модели 1939 года, который пометил киллер, и говорили о том, чтобы купить новый, если книга будет хорошо продаваться.

Как и Питу, прежде Тиму иногда снились отрубленные головы детей и горюющая, но благодарная мать, которая потеряла одного ребенка, но не двух других. Именно она с корнем вырвала свои волосы и сплела их простеньким узором, потому что была бедна и не могла подарить своим спасителям ничего другого. Теперь такие сны канули в Лету.

Большой мир оставался тёмным, и темнота угрожала сгуститься ещё сильнее. Но он и Линда нашли маленькое светлое место, потому что она знала, как терпеть, а он — как сражаться, и вместе они стали друг для друга целым миром.