Читаем Славные парни полностью

Генри. Для наших ребят убийство было привычным способом решения проблем. Обыкновенное дело. Ежедневная рутина. Помню, как гордился Томми Де Симоне, когда сводил Фрэнки, сына Джимми, на его первое настоящее мокрое дело. Фрэнки Бёрк рос обычным застенчивым мальчишкой. Джимми то и дело жаловался, как приходится лупить сына чуть ли не каждую ночь за то, что тот мочится во сне. Джимми даже отдал его в военную школу, чтобы юноша заматерел. Фрэнки исполнилось шестнадцать или семнадцать лет, когда его взяли на реальную мокруху, и парень, по словам Томми, справился отлично. Джимми был совершенно счастлив. Словно сын заслужил медаль.

Убийство считалось естественным способом поддерживать порядок. Абсолютным оружием. Никто не был застрахован. Начнёшь чудить — и тебя грохнут. Это простое правило знали все, но всё равно кто-то постоянно попадал под раздачу. Как, например, сын Джонни Маццолы, заядлого игрока на скачках, с которым я в детстве ездил обналичивать фальшивые двадцатки. Парнишка повадился грабить местные карточные игры и букмекеров. Его предупреждали сотню раз. Отцу тоже неоднократно велели обуздать отпрыска. Им разъясняли, что букмекеров, если хочется, бомбить можно, но не наших, а только чужих. Исключительно из уважения к Джонни парню позволили дожить до девятнадцати лет. Но мальчишка, похоже, не верил, что его могут убить. Как и никто из тех, кто внезапно для себя стал трупом. Он так и продолжал пребывать в этом заблуждении, пока не получил в упор две пули в сердце. Опять же, лишь из большого уважения к его отцу лицо не тронули, чтобы на похоронах покойный лежал в открытом гробу.

Джимми однажды убил своего лучшего друга Ремо за то, что тот сдал копам груз сигарет. А ведь они были так близки — вместе ездили отдыхать с жёнами. Но потом Ремо прихватили с одной из его мелких сигаретных поставок, и он разболтал полиции, что Джимми собирает крупную партию. Подозрения у Джимми зародились в тот момент, когда Ремо вложил всего пять тысяч долларов в груз ценой двести тысяч. Обычно он вкладывал от трети до половины общей стоимости. Джимми спросил, в чём дело, а Ремо ответил, что ему так много сигарет не нужно. Естественно, когда машину конфисковали вместе со всем грузом, вопрос, отчего Ремо не захотел вложиться именно в эту поставку, заинтересовал Джимми, и он расспросил друзей в офисе окружного прокурора. Они подтвердили его подозрения — Ремо в обмен на свою свободу сдал подельника с потрохами.

Не прошло и недели, как Ремо был мёртв. Он так и не догадался, что его ждёт. Джимми мог смотреть на тебя, улыбаться тебе и позволять тебе думать, что ты сидишь рядом со своим лучшим в мире другом. А тем временем тебе уже копали могилу. С Ремо так и вышло — всего за несколько дней до своего убийства он подарил Джимми и Микки путешествие во Флориду в честь годовщины их свадьбы.

Я помню ту ночь. Мы все сидели в «Робертсе» и играли в карты, когда Джимми сказал Ремо: «Давай прокатимся». Жестом он велел Томми и другому парню ехать с ними. Ремо сел на переднее сиденье, а Джимми и Томми — сзади. Когда они заехали в тихое место, Томми воспользовался струной от рояля. Ремо сопротивлялся. Он пинался, махал руками и весь обделался, прежде чем умер. Они похоронили его под слоем цемента на заднем дворе «Робертса», около корта для игры в кегли. С тех пор каждый раз, играя там, Джимми и Томми шутили: «Эй, Ремо, как дела?»

Этих ребят убийства не тяготили. Им нравилось убивать. Они могли спокойно сидеть за столом, выпивать и болтать о своих самых удачных мокрых делах. Им нравилось снова и снова переживать эти моменты, вспоминая, какой жалкой была их жертва. Ничтожнейший сукин сын. Крыса и отвратительный предатель. Причём далеко не всегда они убивали из-за дела. Вот парни просто поссорились, а вот ты не успел и глазом моргнуть, как один из них уже труп. Они стреляли друг в друга постоянно. Стрельба была для них обычным делом. Ерунда какая. Чтобы словить пулю, не нужно было делать ничего особенного. Достаточно было просто оказаться не в том месте.