Читаем Сладкоежка полностью

Франческа остановилась у магазинчика, где торговали посудой. Должно быть, почувствовав на себе ее взгляд, Джо загадочно улыбнулся и вошел следом за ней. Догадавшись о его намерениях, Франческа торопливо взяла с витрины эмалированный чайник и повертела перед собой.

— Что думаешь?

Джо поскреб пальцем по ободку с отколотой эмалью.

— Он отбитый.

— Ну и что?

— Разве тебе не хочется купить новый?

— Мне не хочется, и моему кошельку тоже.

Джо окинул витрину с уцененной посудой критическим взглядом.

— Хорошо, пусть так. Но можно выбрать получше.

— Ты видел цены? Я могу себе позволить только такой. — И Франческа прижала чайник к груди, словно любящая мать уродливого ребенка.

— Как скажешь.

Там же она выбрала кофейные чашки, на дне которых остались въевшиеся пятна.

— Представь, что это старые любимые чашки.

— Ими уже пользовались.

— Не будь снобом. Тебе не удастся заманить меня в отдел фарфоровой посуды.

— Кухни — моя слабость. Мне хочется, чтобы твоя была на уровне. — Он с притворным ужасом закрыл ладонью глаза, увидев допотопную тарелку в ее руках.

— Я беру это, — сказала Франческа продавцу, добавив к тарелкам поцарапанный половник и вручая деньги. — Ну вот, — произнесла она, передавая Джо пакет с гремящими покупками, — моя кухня укомплектована. Пойдем поищем постельные принадлежности.

— Наволочки и простыни? Но ты же не будешь покупать подержанные простыни?

Джо посмотрел на нее так, что она немедленно представила их обнаженные тела на белоснежных простынях. Да, тут его сомнения вполне уместны.

— Простыни — нет! А вот покрывало или плед — да. Их только надо хорошо постирать. А еще я хочу найти милое, теплое одеяло ручной работы.

Джо обнял ее за плечи.

— Конечно, но одеяла ручной работы стали сейчас очень дорогими.

Они шли по рынку. Глаза разбегались от разнообразия предлагаемых товаров. Чего здесь только не было — от пожелтевших открыток до музейных реликвий. Джо остановился у прилавка с изделиями из деревенского холста. Там лежали вышитые скатерти, белые кружевные занавески, пожелтевшие полотенца. Он порылся в стопке и вытащил стеганое одеяло.

— Посмотри, — сказал Джо.

Франческа удивилась. Из одеяла торчали нитки, угол был в разводах от воды. Она провела рукой по мягкому застиранному полотну.

— Мне нравится.

— Напоминает о доме, — произнес он и пожал плечами, заметив ее любопытный взгляд.

— О доме родителей?

— Нет, о доме приемной матери. Там на всех кроватях были похожие одеяла.

Почему, интересно, он никогда не упоминает о своих настоящих родителях? — подумала Франческа и рискнула спросить:

— А в каком возрасте ты попал в приют и почему?

— В одиннадцать. — Он отвернулся, продолжая рассматривать наваленные на прилавок вещи.

Одиннадцать — это достаточно, чтобы иметь воспоминания. Франческа поговорила с продавцом и заплатила за одеяло дороже, чем за новое из магазина.

— Зачем ты это сделала? — нахмурился Джо. — Ты должна была поторговаться.

— Почему-то не захотелось. — Франческа перекинула сложенное одеяло через руку. — Ты собираешься отвечать на мой вопрос? Что произошло, когда тебе исполнилось одиннадцать?

— Мои близкие решили, что я им больше не нужен. Их нельзя винить за это. Я оказался неблагодарным родственником… Хочешь есть?

Она согласилась сменить тему.

— Умираю с голода.

— Я чувствую запах булочек с сосисками.

— Только не говори, что ешь их! — воскликнула Франческа.

— Ем, только не рассказывай Аделине, а то я упаду в ее глазах. Помню, в тот день, когда я впервые переступил порог ее ресторана, она пригласила меня поужинать… Ну, чтобы, наверное, ознакомить с меню и уровнем обслуживания. Так вот она предпочитает изысканность во всем…

Они подошли к палатке, и Джо купил им по булочке с сосиской и кофе в пластмассовых стаканчиках.

— Признайся, на том ужине Аделина заигрывала с тобой? — спросила Франческа.

— С какой стати?

— Ну, двое привлекательных людей… Логично предположить подобное.

— А ты станешь ревновать, если я отвечу утвердительно?

— Возможно.

— Разве Анри не ее парень?

— Я думала, он не интересуется женщинами.

Джо закатил глаза.

— Правда? Значит, она не приставала к тебе?

Они пошли по улице, подыскивая укромное местечко, и расположились на скамейке под огромным кленом.

— Ты не ответил на мой вопрос, — напомнила Франческа. — Это твоя привычка?

— Иногда я предпочитаю промолчать.

— Хранишь секреты?

— Просто это личное. Понимаю, что я старомоден, но не люблю откровенничать.

— Но ты же рассказал мне о приемной матери. — Франческа надкусила булочку. — А я рассказала тебе о Керри. Понимаешь, в чем суть? Мы рассказываем о себе то, что лежит на сердце, и в итоге… — Она запнулась, чуть не ляпнув «влюбляемся», и вместо этого закончила: — Узнаем друг друга лучше.

Идея Розы разузнать о Джо побольше, прежде чем переспать с ним, казалась ей теперь не такой уж бредовой.

— Странная теория для женщины-странницы.

— Это нечестно! — возмутилась Франческа. — Ты говоришь так, словно я легкомысленный мотылек.

— Я имел в виду не это.

— Ешь свою булочку. — Франческа отпила из стаканчика. — Ну и кофе! Брр…

— Сколько мне еще нужно узнать о тебе, чтобы заслужить поцелуй?