Читаем Сладкий яд полностью

— Элли, он был там. В соседней комнате. Я его чувствовала. Так жаль, что я не увиделась с ним. Может… может на этот раз он бы позволил мне все объяснить.

— Лучше не надо. Прошло всего несколько дней. Может быть позже…

Я тупо смотрю на припаркованные перед нами машины.

— Я очень сильно обидела его, Элли.

Я знаю, что, оборвав наши с ним отношения, сделала правильно, но от этого знания мне не становится легче. Наоборот, только больней. Теперь, когда у меня есть время оглянуться назад и подумать обо всем, что привело к нашему расставанию, я вижу, что винить могу только себя. Я была капризной и эгоистичной. Я принимала благословенное забытье, которое предлагал Лоренс, как должное. Я использовала его, чтобы забыться, и ни разу не задумывалась, что при этом чувствует он. Я верила его словам о том, что ему нужно от меня лишь мое тело, но отказывалась верить в то, о чем говорили мне его ласки, его поцелуи и то, как он смотрел на меня.

Я не обращала на все это внимания, потому что мне так было удобно.

И посмотрите, какой катастрофой оно обернулось.

— Блэр, я бы и рада была сказать, что предупреждала тебя, но подозреваю, что ты и сама это знаешь. И хоть меня бесит, что это звучит как дурацкая мотивационная цитата, но я думаю, что сейчас ты можешь сделать только одно: попытаться извлечь из своих ошибок урок.

Я собираюсь ответить, но неожиданно чувствую, как меня похлопывают по плечу. Оглядываюсь, и мои глаза распахиваются при виде стоящей за моей спиной женщины.

— Джеки?

Она складывает руки на груди.

— Так значит, это ты, да?

— Прости, что? — хмурюсь я. — О чем ты?

— Не разыгрывай со мной дурочку, Блэр. Я тебе не Ронан и не Лоренс. Я на твое цирковое представление не куплюсь.

— Эй! — вмешивается готовая атаковать Элли.

Я кладу ладонь ей на руку и одними губами говорю, что я справлюсь. Затем вновь поворачиваюсь к Джеки.

— Я работаю здесь. — Она кивает на здание компании Лоренса. — Пару недель назад я видела тебя с Лори. Решила тогда, что мне показалось. Но вот ты заявилась сюда, и теперь мне все ясно.

— Что ясно?

— Господи, и что они находят в тебе? — Она качает головой. — Только не надо изображать невинность. Со мной этот номер у тебя не пройдет. Лучше скажи, как ты себя чувствуешь после того, как разбила сердце не одному хорошему парню, а двум? Очевидно, гордишься собой?

Как только эти слова вылетают из ее рта, меня бьет по лицу прозрение. Джеки и есть та женщина, которую много лет назад любил Лоренс. Все вдруг приобретает смысл. Олли. Брэдли. Сделанное на кухне признание Джеки о ее прошлом. Рассказ Лоренса о ее родителях. Кусочки головоломки складываются в единое целое, и оно до глубины души потрясает меня.

— Джеки… если ты только дашь мне объяснить…

— Что именно? Что ты можешь мне объяснить? Прости, но ничто из того, что ты можешь сказать или сделать, не оправдает в моих глазах то, как ты обошлась с моим братом. Он любил тебя, Блэр. Очень сильно. А потом ты его бросила, и он стал другим. Я его больше не узнаю. Но тебе этого показалось мало, да? — Она оглядывает меня с головы до ног. — Таким, как ты, всегда мало. Тебе понадобилось причинить боль еще и Лори… и Лоренсу.

Морщась, я поднимаю руку. Пытаюсь заговорить, но слова застревают в горле.

— Мне очень жаль. Я…

— А знаешь что, Блэр? Если подумать, я даже рада, что ты ушла из их жизней. Без тебя им будет гораздо лучше. Прощай.

Ее слова еще звенят у меня в ушах, когда я вижу, как на улице появляется Лоренс и у вращающихся дверей встречается с Джеки. Он кладет ей на поясницу ладонь, и они начинают идти в нашу сторону. Наши взгляды на миг пересекаются, а потом он отворачивается от меня и садится в дорогую машину, которой я раньше не видела. За рулем не Тони, а кто-то другой. Он словно намеренно стер из своей жизни все, что напоминало ему обо мне.

Чувствуя, как пальцы Элли сжимают мои, я смотрю ему вслед.

— Пусть он обернется на меня, Элли. Пусть он… — Мой голос обрывается. Я отпускаю ее руку и ищу утешения в ее объятьях. — Пусть он вернется.

* * *

— Что ты будешь там делать? — спрашивает Элли, наблюдая за мной с дивана. — И ты можешь остановиться? А то ты напоминаешь гиену в клетке, которую я видела в зоопарке в Сан-Диего.

Вздохнув, я прекращаю мерять шагами ее маленькую гостиную.

— Наверное, сначала просто приеду домой, а там будет видно. — Потирая предплечья, я опускаю взгляд на ковер и вижу на нем следы своих блужданий по комнате. — Может, моя мама давно уже там не живет.

— И что ты в таком случае будешь делать?

— Не знаю пока. Поспрашиваю соседей, наверное. А если ничего не узнаю, то просто начну жить своей жизнью. Мне надо срочно найти работу. Кстати, со стороны Алессандро было очень благородно одолжить мне машину.

Внимание Элли вдруг переходит к журналам, которыми завален столик в ее гостиной. Быстро наклонившись, она собирает их в стопку и удаляется в спальню. Когда она возвращается, я вижу на ее лице облегчение. И не вижу журналов.

— Прости, что ты сказала?

Я озадаченно хмурюсь в ответ на ее странное поведение.

— Что в тех журналах?