Читаем Сладкая неудача полностью

В тот самый миг звякнул дверной колокольчик. Софи стояла спиной к входу; ей не хотелось смотреть ни на какой сюрприз, который появится сейчас в ее магазине. В груди бурлил ужас, мозг лихорадочно вычислял, что за сюрприз прибыл с такой пунктуальностью ровно в два часа пополудни. Поющая телеграмма? Нет, это было бы слишком пошло, даже для Эви. Доставка… чего? Точно не шоколада. Быть может, цветов? Да! Она сказала, что все устроила. Она могла заказать доставку букета, верно? Красивого такого букета. «Как я ненавижу сюрпризы! Пусть это будут цветы. Пусть…»

Софи медленно повернулась и закрыла глаза в последней попытке отсрочить неизбежное. После нескольких учащенных вдохов и выдохов, чередовавшихся с сердитыми комментариями в адрес Эвалинн, придумавшей для нее такие мучения, Софи заставила себя приоткрыть один глаз, совсем чуть-чуть… И ахнула, вытаращившись.

– Что за… – Ее лицо вспыхнуло алым. Она попыталась взять себя в руки, пробормотала: – Ох. Черт… – Это было не совсем то, что она хотела сказать, но она произнесла эти слова с предельной любезностью и самообладанием, на какие только была способна в сложившейся ситуации, и красноречиво закончила: – Вот уж сюрприз так сюрприз.

Яблоко в день – и никаких докторов. Вкладывайте деньги в яблоневый сад.

Это был и вправду букет. Нежный, изысканный. Только в руках его держал…

– Тебе нехорошо? Доктор не требуется? – Он протянул ей букет из роз на длинных стеблях и лилий. А еще у него были умопомрачительные губы, даже когда он говорил, и крепкая челюсть. Он был выше Софи и хорошо сложен. Все в нем – густые темные волосы, ямочки, проникновенный тембр голоса – было таким, как она помнила.

Софи захотелось поправить прическу и одернуть блузку, но она удержалась. С плохими привычками трудно расстаться, мелькнуло у нее в голове.

– Я уже общалась с одним. В этом-то и проблема. – Она замолчала. Глаза ее блуждали по залу, она надеялась отыскать что-то более достойное своего взгляда, чем он. – Хм-м. Почему ты здесь?

Он сделал пару шагов к ней, чтобы дверь за его спиной закрылась. На его лице упорно держалась вежливая улыбка.

– Мы можем секунду поговорить нормально? Может быть, начнем с простого приветствия? Например, скажем друг другу «Привет!» или «Какая радость видеть тебя!».

Она покусала губу.

– Это так обязательно?

Он вздохнул.

– Нет, но я бы хотел.

Она еще раз окинула его строгим взглядом, однако смягчилась.

– Ладно.

– Да?

– Да. – Она ждала. – О-о, ты хочешь, чтобы я сказала первой?

– Ну, это ведь твое кафе, – ответил он, улыбнувшись.

Софи вспомнила, как ей нравилась эта его улыбка. Но сейчас она не была в том уверена.

– Ладно. Хм-м. Привет… Гаррет. Ты – здесь. Нежданно-негаданно, могу добавить. Добро пожаловать.

– Привет, Софи, – все с той же с улыбкой ответил он. – С днем рождения. – Он выставил перед собой цветы и пошел к ней, медленно, словно осторожная мышь, решившая посмотреть на мышеловку. – Выглядишь бесподобно. Как у тебя дела?

Софи не сразу ответила. Бросив взгляд на витрину, она увидела в стекле свое отражение и ужаснулась. Там была не независимая и уверенная в себе женщина и не успешная бизнес-леди, а девочка-подросток с горящим взором, мечтающая о большой любви. Она еще раз посмотрелась в стекло витрины и увидела ту же самую девочку, только теперь она была старше на несколько лет и училась в колледже, страдала от одиночества и боялась, что не встретит никого, кто стал бы бескорыстно о ней заботиться. Отражение снова поменялось. Теперь она перескакивала от одной сомнительной связи к другой, один парень сменялся другим, двигало ею любопытство, но все заканчивалось сердечной болью. Потом, будто по мановению волшебной палочки, она помолвлена и хвастается перед Эви кольцом, держа Гаррета за руку, они планируют свадьбу и рассылают приглашения. Софи прищурилась, всматриваясь в витрину, но картинка пропала. Что ж, кто б сомневался…

– Бывали и лучше. Но вернемся к моему вопросу. Что ты тут делаешь?

Гаррет наклонялся все ближе к ней; наконец между ними оказалась стеклянная витрина. Он смотрел на Софи, и его взгляд все больше смягчался. Его улыбка, ямочки на щеках исчезли, губы сложились в торжественную, серьезную линию.

– Я скучал без тебя, Соф.

Софи понадобилась лишь секунда, чтобы взвесить все варианты реакции на такое невероятное утверждение: презрительно расхохотаться и уйти с гордо поднятой головой; возликовать и броситься в его объятья; истерически закричать; блевануть; грохнуться в обморок; вызвать полицию; швырнуть ему в морду первую попавшуюся под руку миску с помадкой; сделать все вышеперечисленное одновременно, или…

Софи засмеялась. Просто засмеялась, словно показывая, что до сих пор не слышала такой несусветной глупости. Потом посмотрела в окно, чтобы убедиться, что сейчас к ней не собирается войти никто из ее клиентов.

Только тогда, убедившись, что посторонних нет, она заорала во всю глотку:

– Эвалинн Марион Мейсон-Мак! Немедленно сюда! Живо!

Где-то в глубине помещения отозвался слабый голос: