Читаем Сладкая месть полностью

При звуках знакомого мужского голоса она замерла, Дверь содрогалась, будто ее выламывали.

– Джиллиан! Немедленно отворите!

Отец.

Она беспомощно взглянула на Грэма, в его глазах пылала ярость. Он нежно потрепал ее по щеке.

– Держись, – прошептал он, быстро завязал шнурки на ботинках и выскочил через балконную дверь.

Джиллиан в отчаянии осмотрелась. В комнате стоял его запах. Она схватила флакон французских духов и пролила несколько капель на пол. Затем поправила мятое покрывало и бросилась открывать, путаясь в прикрывавшей ее простыне.

Убрав стул и наконец-то открыв дверь, она столкнулась лицом к лицу с разъяренным отцом. Джиллиан натянула простыню повыше. Граф ураганом ворвался в ее комнату и с подозрением огляделся. Увидев открытый тайник, он первым делом бросился к нему.

Нет, нет, только не это! Герцог забыл закрыть тайник…

Отец держал в руках все ее деньги. Ее свободу.

– Зачем вы тайком откладываете деньги? – Он размахивал банкнотами, вырученными ею от продажи собственного тела, как веером.

– Это… это мои деньги, отец. Я экономила.

– Вам нет необходимости копить деньги. Я вас полностью обеспечиваю. А это я заберу.

Немой вопль раздался в ее душе, но она не позволила ему вырваться наружу, с горечью наблюдая, как отец прячет деньги в карман.

Все деньги, которые дались ей так тяжело. Ее образование. Ее мечта умирала, превращаясь в золу, подобно сожженным книгам.

Его зеленые глаза, так похожие на ее собственные, внимательно изучали ее. Холодок пробежал у нее по спине.

– Вы хотели сбежать, Джиллиан?

У нее пересохло во рту, она не произнесла ни звука.

– Ничего у вас не получится. Вы выйдете замуж, как задумано. – На лице графа показалась холодная улыбка. – Благовоспитанные юные леди поступают так, как приказывают им их отцы. Вы не исключение. В противном случае…

Несмотря на угрозы, в Джиллиан сохранилась еще капелька смелости. Она думала о той страсти, которую разжигает в ней Грэм. Она собралась с духом и решила идти до конца. В конце концов, что еще он может ей сделать? Джиллиан попыталась по возможности придать своему голосу уверенность.

– А что будет в противном случае, отец? – с вызовом спросила она.

В его глазах отразилось удивление. Граф выпрямился и окинул ее оценивающим взглядом.

– Ты действительно хочешь узнать?

Вся ее смелость готова была лопнуть, как мыльный пузырь. Но она не сдавалась.

– Я уже не ребенок, а взрослая женщина, отец.

Уголки его рта опустились.

– Вы, прежде всего, моя дочь, Джиллиан, – начал он, потом замолчал и пристально посмотрел ей в глаза. У него был страшный взгляд, она уже однажды видела такой. Давно, много лет назад…

Джиллиан с трудом сглотнула. На висках у нее выступил пот, она почувствовала утреннюю прохладу, которой веяло из открытой балконной двери. Сердце бешено колотилось в груди. Она не шелохнулась, даже когда он с некоторой грацией повернулся и молча направился к ней.

Пощечина. Но то, что он сказал, было сто крат больнее:

– Вы выйдете за герцога, Джиллиан. Выйдете или попадете в маленькую палату в клинике для душевнобольных, откуда вам точно не вырваться. Никогда не вырваться.

– Вы не сможете, – прошептала она.

– У отца есть все права поместить дочь в такое заведение, если ее похоть и непредсказуемость могут причинить ей вред. – Он резко повернулся на каблуках и, уже стоя в дверях, бросил через плечо: – Подумайте, Джиллиан. Брак с герцогом или сумасшедший дом. Выбор за вами.

Ее бил озноб. Отец закрыл дверь и повернул ключ. Она оказалась под замком.

На следующий день после своего ночного приключения Грэм пришел к графу с визитом. У него было два возражения против предложенных ему условий брачного контракта. Грэм не хотел, чтобы их имена заранее троекратно оглашали в церкви, и предлагал заключить брак по лицензии – ему не хотелось лишний раз привлекать внимание к Джиллиан. Но граф стоял на своем. Он хотел, чтобы все знали, за кого он выдает дочь. В итоге он нехотя согласился на предложение Грэма устроить тихую свадьбу в маленькой церкви, куда будут приглашены только ближайшие родственники.

В воскресенье в церкви Грэм издалека видел, как Джиллиан мучительно покраснела, когда огласили их имена. Присутствующие дружно повернули головы в ее сторону. Всем было известно, почему она выходит замуж за герцога.

Спустя две недели граф, его жена и Джиллиан чопорно сидели в просторной гостиной Грэма, который пригласил их на чай по случаю помолвки. Джиллиан, казалось, опять утратила свою внутреннюю искру. Ее взгляд снова стал тусклым и безжизненным. Грэм мрачно посмотрел на графа. Ублюдок. Грэму очень хотелось свернуть ему шею за все те издевательства, которых натерпелась от него Джиллиан.

Но вместо этого Грэм беседовал со Странтоном о политике, притворяясь, что его заинтересовал предлагаемый графом законопроект. Грэм исподволь заманивал врага в ловушку.

– Возможно, ваш законопроект получит в обществе заслуженную поддержку, если вы на примере покажете, какую пользу он может принести, – сказал он.

Странтон подался вперед.

– У вас есть какие-нибудь конкретные предложения?