Наконец, в женском голосе появились нотки юмора.

-Постараюсь не попасться на этом деле. Так что там насчёт варианта стать матерью большого семейства?! Это спасёт мою репутацию?

Короткий взгляд на запястье подтвердил, что я и правда загулялась и могу опоздать на следующую встречу.

– Насчёт репутации не знаю, но свои прекрасные формы и свежий цвет лица вкупе с очарованием больших глаз ты точно потеряешь. А таким могут только сочувствовать, даже если будут считать проституткой, вставшей на путь истины, или несчастной лесбиянкой, скрывающей свои желания».

Помню, я тогда до начала деловой встречи улыбалась как ошалелая и периодически понюхивала небольшую веточку сирени, сорванную тайком в парке.

Наверное, тогда впервые мне пришла в голову эта мысль. Как бы люди ни прыгали в старании стать лучше в глазах других, они всё равно останутся такими, какой ярлык профпригодности им был приклеен суровым общественным приговором. Тогда есть ли смысл так зависеть от их мнения и под него подстраиваться?!

Вскоре пересуды моей личной жизни дали плоды и даже совсем неплохие.

У моего любимого психолога улучшились отношения с мужем и увеличилось количество клиентов, а меня стали ещё больше бояться в моём маленьком мире «Аромат нефрита». Мне тоже грех жаловаться, меня вниманием публика не обделила – запись столиков стала на пару недель вперёд.

В моём случае, моя незаурядность сыграла нам на руку.

И на этом спасибо.

Глава 2

Полгода прошли

На улице конец мая, утром вместе с пением птиц всё больше чувствовались нотки лета. Алина Сергеевна, фактически с моего позволения, ушла в отпуск. Я же собственноручно проводила и помахала ручкой её самолёту, увозящему мою спасительницу с мужем и детьми на тропические острова. Три недели. Мне надо продержаться всего двадцать один день, и она вернётся. Пока из средств экстренного спасения – телефон, социальные сети и прочие премудрости. Картина маслом, конечно, но мне, как подросшему птенцу, было пора покидать спасительное гнездо.

Меня штормило почти два дня, а потом стало отпускать, оставляя за собой лёгкий шлейф нервозности. И всё было ничего, пока мой менеджер по персоналу не принесла с утра пораньше убийственную новость.

– Кира, что случилось?

Моему удивлению не было предела, когда девушка, коротко и громко стукнув в двери, влетела в мой кабинет. Широко распахнутые глаза и сбивчивое дыхание, будто она стометровку сдала на «отлично», наводили панику даже на меня.

Ну, хорошо, я немного приврала! Я часто бываю в состоянии близком к аффекту, но об этом «ни-ни», кроме госпожи Светлой. Ааа! Снова она! Это почти зависимость!

– Дана Юрьевна, там мэр!

Ну, это- то малое, что мне удалось разобрать из её трёх предложений-скороговорок.

Хотя и этой информации было достаточно, чтобы мысленно скинуться с парохода, наплевав на красивый спасательный круг.

Мэр, Василий Иванович Рогожин, был не только известной личностью, но ещё жутким бабником и вдовцом. В свои пятьдесят с хвостиком выглядел на сорок с хвостиком и сводил с ума половину женского населения нашего городка. Наверное, поэтому в очередной раз выиграл на выборах месяц назад.

– Кира, если судить по твоему лицу, то там как минимум апостол Павел вернулся, или ангелы за столиками сидят, а их нимбы мои любимые портьеры портят.

Девушка моргнула и выдохнула.

– Ну, вы как скажете! – её губы тронула улыбка.

– Я очень долго воевала за доставку этой ткани из столицы моей любимой Родины. Естественно я очень за них переживаю.

Менеджер отошла от волнительного трепета. Она была старше меня на четыре года, но порою в её взгляде я видела лишь невинного и прекрасного ребёнка. Хотя с кадровой политикой она справлялась замечательно.

Это всё длительные сеансы с мозгоправом сформировали побочный эффект. Я стала лучше читать людей, вот только в себе ни буквы не могла разобрать.

– Дана Юрьевна, он требует вас. У его дочери свадьба в эти выходные, а в заказанном ресторане прорвало трубу… канализационную.

М-да! Мне искренне жаль того человека, точнее, двух. Я знала, о ком речь, и по чистой случайности – это именно тот ресторан, где состоялось моё первое свидание с Борисом.

– А ты сказала, что у нас уже имеется заказ на этот день? – уже вставая и поправляя воротник строгого пиджака, уточнила я.

– Что вы! Он зашёл с охраной, сели и просили вас.

О! Просили?! Ну, точнее, приказали! В груди метнулся огонёк злости, но костёр был потушен раньше, чем его пламя успело разгореться. Сейчас не до разборок с чужим снобизмом.