Читаем Скользкий полностью

– А-а-а, – скорчил гримасу Петр. – Я в этой жизни ничего уже не понимаю. Господина Скользкого вот вместо штрафного отряда в Дружину взяли…

– Давай не будем переходить на личности, а? – очень дружелюбно попросил я. – Рассказывай уже, что случилось, не катай вату.

– Да отморозки какие-то шизанутые двоюродного брата Маркелова захватили. Слышали о таком?

– Вот ни фига себе, – выдохнул Григорий.

Да уж, мало кто об этом господине не слышал. О маршале-то Братства. Это что-то типа казначея, если на русский перевести. У похитителей точно с головой не все в порядке. Братство за такие дела кому угодно голову оторвет. И не только голову.

– И чего? – заторопил я замолчавшего Петра.

– А ничего. Обложили их здесь, как лис в норе. Мы в оцеплении стоим, начальство Братство от штурма отговорить пытается. Только хрена лысого это выгорит – братья сюда столько боевиков нагнали, что… – Старшина замолчал и хмуро уставился на нас. – Вы здесь еще? Гуляйте отсюда, а то этот полудурок недоделанный опять разорется.

– Перетопчется. – Григорий стянул с головы повязку и, перехватив волосы в хвост, стянул их резинкой. – Народу там много засело, как думаешь?

– Десятка три. Двадцать минимум. Все со стволами. Магическую защиту им профессионал ставил – гимназисты уже третий час безрезультатно взломать пытаются.

– И как они в Форт столько оружия провезли? – Григорий уверенно зашагал в направлении, куда убежал начальник Петра.

– Ты куда? – дернулся за ним Зубко, но Конопатый не обратил на него никакого внимания.

Мне вовсе не хотелось выходить из прохладной тени склада под палящие лучи успевшего подняться в зенит солнца, но любопытство оказалось сильнее. К тому же Петр побежал за Григорием, а оставаться наедине с пятью незнакомыми дружинниками показалось мне не слишком удачной идеей. Прибежит опять этот камнем по голове ударенный, и попросят покинуть территорию проведения спецоперации. А куда я один?

– Гриша, ну куда ты прешь? Смерти моей хочешь? – Петр сделал попытку сыграть на порядочности Григория, но тот лишь хмыкнул и осторожно выглянул из-за угла склада.

Силой затащить его обратно старшина не решился. Выходит, знает, в каком отделе Гриша служит на самом деле?

Я пристроился рядом с ними. Ну и что мы здесь имеем?

Блокированное здание административно-бытового корпуса одного из местных заводов располагалось от нас примерно метрах в ста пятидесяти. Между АБК и нашим складом стояли гаражные боксы и именно за ними шли последние приготовления к штурму. Братья проверяли доспехи, снаряжение и оружие, получали для своих чародейских причиндалов запитанные энергией кристаллы и внимательно рассматривали нарисованные на стене гаража мелом поэтажные планы здания, вокруг которых были расчерчены пяти-, шести – и семиконечные звезды. Прищурившись, я различил медленно ползущие меж линий планов красные и синие точки. Когда некоторые из них начинали мерцать, сидевший рядом с небольшой жаровней чародей кидал в огонь очередную порцию необходимых для обострения ясновидения смесей.

Если будет штурм, то начнется он именно оттуда. Более удачной позиции, на мой взгляд, не найти: с одной стороны АБК прикрывал обшитый покореженными листами профнастила покосившийся ангар, с другой шло открытое пространство, на котором ржавели останки мостового крана. Неизвестно, правда, что с противоположной стороны дома. Но, как ни крути, в узкие окна здоровые штурмовики не пролезут, а проходная аккурат напротив гаражных боксов.

– И какие они требования выдвигают? – во все глаза рассматривая странные на вид арбалеты братьев, спросил Григорий.

– Не выдвигали, – спрятался обратно за угол склада Зубко, и я тут же занял его место. – То ли они никак отойти оттого, что их здесь обложили, не могут…

И в этот момент события начали развиваться со стремительностью болида «Формулы-1». Около полутора десятков братьев в тяжелых доспехах, прикрывшись щитами почти в человеческий рост, выскочили из-за гаражей и побежали к проходной АБК. По ним тут же открыли шквальный огонь из окон второго и третьего этажей, но замерцавшие вокруг бойцов пузыри силовых экранов без труда отражали попадания. Изредка вспыхивавшие в защитных полях золотистым сиянием спецпули сминались о щиты и доспехи и вреда хорошо защищенным братьям причинить не могли.

С некоторым опозданием загрохотавший пулемет первой же очередью пробил защиту одного из штурмовиков и сбил его с ног. Прикрывшись от пуль щитом, ближайший к раненому боец начал оттаскивать его обратно к гаражам, но удачный выстрел из ручного гранатомета раскидал их в разные стороны.

Словно дождавшиеся, пока противник не выложит все свои козыри, арбалетчики выбежали на огневую позицию и начали обстреливать мелькавших в окнах стрелков. Вспыхивавшие в полете пронзительным лазурным сиянием арбалетные болты одинаково легко прошивали и оконные рамы, и кирпичные стены, и плоть людей. Интенсивность огня по штурмовикам сразу же заметно упала. Кто-то спрятался, кто-то переключил свое внимание на арбалетчиков, а те, кому повезло меньше остальных, повалились на пол, получив смертоносные подарки братьев.