Читаем Скипетр Древних полностью

Серпин подошёл к креслу у окна, глядя на медленно восходящее солнце, потом сел, скрестил ноги и стал ждать, пока Блисс снова заговорит. В последний раз, когда они встречались в этой комнате, то пытались убить друг друга, пока всё вокруг разрушал ураган. Блисс остался стоять, и Серпин понял, что он думает о том же самом. Блисс опасался его.

– Старейшины призвали меня, потому что пять дней назад двое их людей исчезли – Клемент Гейл и Александр Слэйк.

– Как жаль. Но я не уверен, что имел честь встречаться с ними.

– Им было поручено время от времени… наблюдать за вами.

– Шпионы?

– Вовсе нет. Всего лишь наблюдатели. Старейшины сочли благоразумным присматривать за некоторыми из последователей Меволента, чтобы убедиться, что никто из них не нарушает условия Перемирия. Вы всегда были в начале этого списка.

Серпин улыбнулся.

– И вы полагаете, я имею какое-то отношение к их исчезновению? Я стал мирным человеком и больше не участвую в войне. Меня интересуют лишь знания.

– Вас интересуют тайны.

– Вы так говорите, будто это что-то плохое, мистер Блисс. Что касается пропавших «наблюдателей», то возможно, они появятся в целости и сохранности, и тогда Старейшинам придётся извиниться за то, что они нарушили ваш покой.

– Они появились вчера.

– Правда?

– Мёртвые.

– Как это ужасно.

– И ни единой отметины на телах. Никакого знака, подсказывающего, как они умерли. Звучит знакомо?

Серпин задумался, потом изогнул бровь и поднял правую руку в перчатке.

– Намекаете на это? Думаете, я убил этих людей? Я уже много лет не использовал свою силу. Когда я впервые узнал о ней, то решил, что это прекрасная вещь, но теперь считаю её проклятием, напоминающим мне о множестве ошибок и дурных поступков во время моей службы у Меволента. Признаюсь вам, мистер Блисс, мне очень стыдно за то, во что превратилась моя жизнь.

Блисс стоял неподвижно, и Серпин чуть не испортил свою речь, невпопад рассмеявшись, однако вовремя сумел придать лицу выражение насмешливой невинности.

– Спасибо за содействие, – произнёс Блисс и повернулся к выходу. – Я свяжусь с вами, если у меня появятся вопросы.

Серпин подождал, пока Блисс подойдёт к двери, и снова заговорил:

– Кажется, они напуганы.

Блисс остановился.

– Почему вы так решили?

– Они ведь послали вас. Почему они не прислали детектива?

– Скалдаггери Плезант занят другим расследованием.

– Правда? Или, может быть, они подумали, что я вас испугаюсь?

– Они подумали, что вы ко мне прислушаетесь. Перемирие будет длиться, пока его будут придерживаться обе стороны. Старейшины хотят, чтобы оно продолжалось.

– Должно быть, им это удобно.

Мистер Блисс посмотрел на Серпина, как будто пытаясь прочесть его мысли.

– Будьте осторожны, Нефариан. Вам может не понравиться то, что находится в конце пути, на который вы ступили.

Серпин улыбнулся.

– Уверены, что не хотите выпить?

– Мне надо успеть на самолёт.

– Летите в какое-нибудь милое местечко?

– У меня встреча в Лондоне.

– Надеюсь, она пройдёт удачно. Тогда выпьем как-нибудь в другой раз.

– Возможно.

Мистер Блисс чуть заметно склонил голову и вышел из комнаты.

Вернувшись домой, Стефани сразу же легла спать и проснулась только утром на следующий день. Она прошлёпала в ванную и приняла душ – пока она стояла под струями воды, всё тело ныло. Колени были покрыты царапинами и порезами из-за того, что её протащили по дороге. На коже по всему телу расплылись тёмные синяки. Шея с трудом двигалась.

Стефани выключила воду, вышла из душа, вытерлась и надела чистые джинсы и футболку. Она собрала старую одежду, босиком спустилась вниз, швырнула вещи в стиральную машину, насыпала порошок и запустила стирку. И только после завтрака Стефани позволила себе подумать о событиях прошедшей ночи.

Значит, это всё-таки случилось, сказала она себе.

Стефани обулась и вышла на улицу. На лицо ей упали тёплые лучи солнца. Она дошла до конца дороги, прошла мимо старого пирса и направилась к Главной улице. Вокруг кипела совершенно обычная жизнь. Дети играли в футбол, катались на велосипедах и смеялись. Бегали собаки, виляя хвостами. Соседи болтали с соседями. И всё было как всегда. Никаких живых скелетов. Никакой магии. Никаких людей, пытавшихся её убить.

Нервный смешок сорвался с её губ, когда Стефани подумала о том, как сильно изменилась её жизнь всего за один день. Из совершенно нормальной девочки, живущей в нормальном мире, она стала мишенью растворимых в воде злодеев и напарницей детектива-скелета, расследовавшего убийство её дяди.

Стефани остановилась. Убийство дяди? С чего она это взяла? Гордон умер по естественной причине: так сказали врачи. Она нахмурилась. Но эти врачи жили в мире, где не было живых говорящих скелетов. Почему же она всё-таки решила, что его убили? Что навело её на эту мысль?

«Существуют предметы, которые нельзя взять, вещи, которые нельзя украсть. В таком случае владелец должен умереть, прежде чем кто-то сможет завладеть их силой», – сказала Чайна.