Читаем Скинхеды полностью

Терри посмотрел на медсестру, которая стояла около него. Звук его телефона был выключен, поэтому он не услышал взрыв, когда он потерял одну из жизней, посмотрел вниз и понял, что произошло. Он жалел о том, что прервал игру и не смог побить свой лучший предыдущий рекорд, не сражался в более далеком космическом пространстве и не уничтожил каждого пришельца из космоса и демона, которых направили уничтожить его. Он встал и выключил свой телефон, запихнул в карман своего пиджака.

— Вот Ваше направление на посещение врача и некоторая информация по анализам, которые нужно сделать, — сказала она, дружелюбно и квалифицированно. — А здесь Ваше лекарство, инструкция внутри, принимайте, как рекомендовал врач.

У Терри не было вопросов. Он взял конверт и бумажный пакет. Медсестра улыбнулась, повернулась и ушла. Она двигалась легко, ее туфли едва касались пола, и случайно он обнаружил, что следует за ней, двигаясь в том же направлении, и она скользила так плавно, что он представил ее на катке, Эйприл везет их коньки в Ричмонд на автобусе, заметая след, чтобы ее парень не смог ее найти, и он видел его сына, который слонялся по местным магазинам со своими приятелями годы спустя, один из результатов их шанса встретиться, услышал лязг скейтбордов, когда они съехали с асфальта в канаву, вперед и назад, разрушая край тротуара, делая перевороты и, сильно ударяя тяжелыми резиновыми колесами, снова и снова, до тех пор, пока не получится.

Медсестра завернула за угол и внезапно остановилась, Терри почти столкнулся с ней, когда его занесло. Он никогда не умел хорошо кататься на коньках, но любил холодную атмосферу катка, изящество лучших конькобежцев. Он стоял в стороне почти все время, мимо промелькнула Эйприл, посылая воздушные поцелуи. Она повернула налево и он пошел прямо, проходя сквозь скопление спиртных растворов, очертания врачей, носильщиков, пациентов, посетителей, уборщиков и волонтеров, и очень много медсестер, каталок, перевозящих обезвоженные тела, усталые лица, скрытые под кислородными масками, капельницы, подающие глюкозу, испачканные кровью одеяния, трубки, выводящие густую желтую мочу, и когда он достиг главных входных дверей и вышел на улицу к стоянке, он не обернулся, быстро уехал, спрашивая себя, кто же будет присматривать за Лориэлом, если он умрет.

Он воспроизвел в голове слова врача — мы попробуем другой метод — мы должны верить в лучшее — мы не должны сдаваться — и все ещё они не были уверены, что именно было не так с ним — Доктор Джонс казался озадаченным — говорил об анализах, результаты которых он ожидает — новых лекарственных препаратах — более серьезном лечении — у нас есть некоторое сомнение.

Этого человека звали Джон Джонс[98] и Терри поймал себя на мысли о Биг Шот 45, когда он сидел в своем офисе, разум скрывался от реальности того, что происходило вокруг. Ему было интересно, что случилось с Руди Миллс, хотел назвать врача сукиным сыном, смеясь со страхом где-то внутри, а этот самоуверенный молодой скинхед исчез, с надетыми наручниками и арестованный. Он разместил Руди в тихой деревушке около моря, счастливый человек в кресле-качалке, потягивающий холодное пиво, пристально смотрящий сквозь Карибское море, в то время как в Англии взрослые парни с трудом пробираются сквозь дождь и мокрый снег, рассчитывая заплатить целое состояние за его старый винил.

Терри ехал один по главной дороге, направляясь в никуда.

С Лориэлом будет жить остальная семья, но мальчику нужен был отец, чтобы защитить его и уберечь от проблем, чтобы было с кого брать пример. Это было бы огромным шоком. Он уже потерял свою маму, и это было бы чудом, если бы с ним было все нормально. Было бы неправильно, если бы он потерял и отца.

Терри хотел уехать от больницы как можно дальше. Было одно место, где родилось большинство людей, и многие из них умерли, истинная сущность общества, и она говорила ему проснуться и принять то, что происходило вокруг него — грязные споры из-за денег, жадность людей, которые никогда не научились делиться, жестокость поставленных в тупик людей; и его сознание затуманивалось, когда он видел себя юношей во всем своем полноцветии, известного в своем времени, юношей в банде молодежи, членом банды, осознающего страх, который он наводит, не признавая это в то же время.

Он подумал о своих родителях, беспечности своей молодости, о времени, когда он думал, что ничего не может с ним случиться, что он всегда останется молодым и сильным и будет иметь самообладание, и ему хотелось в точности вспомнить, что он думал, но слова и события были неясными, очень многое из этого было скрыто. Он увидел испуганного ребенка на земле, полагал, что удары были нанесены ногами мальчишек и мужчин.

Терри не знал, почему это произошло. Он был ребенком с большим будущим, все было в его силах. Ему хотелось бежать домой и сесть рядом со своим отцом. Необязательно было разговаривать. Ему достаточно было даже просто смотреть вместе телевизор.