Читаем Скелет из пробирки полностью

Смерть Любы, занимавшейся на фоне болезни закаливающими процедурами, не вызвала ни у кого подозрений, и Боярские, встряхнувшись, продолжили исследования. Их, настоящих фанатиков, не останавливало ничто. Ни то, что после тяжелой болезни Валерий был вынужден передвигаться в инвалидном кресле, ни череда убийств… Им казалось, что долгожданное открытие рядом, на расстоянии протянутой руки.

Олег остановился, перевел дух и продолжил:

– Но тут в историю вляпывается Вилка, желающая стать знаменитой писательницей криминального жанра.

Я решила не спорить с Куприным, пусть обзывается, как хочет, лишь бы рассказал до конца.

– Когда Виола под именем Вики Виноградовой является к Боярской, Мария Григорьевна абсолютно не пугается, – продолжил Олег. – Вику она никогда в лицо не видела, но слышала о ней, и «Виноградова» получает информацию о болезни Любы и ее неразумном отношении к собственному здоровью. На этом бы все и закончилось, но тут, на беду, Алина, дочь Ани, вспоминает, что Люба просила ее съездить к Вике домой и передать той лично в руки письмо. Она начисто забыла о просьбе тети, но, увидев «Вику», мигом вспомнила про послание и выбежала за ней. Именно в этот момент Мария Григорьевна выходит на балкон и видит, как внучка передает что-то «Вике».

Не успевает Алина возвратиться домой, как бабушка налетела на девочку:

– Ты зачем ходила на улицу?

– Отвяжись! – дернула плечиком Алина.

Тут надо сказать, что Алиночка находилась в подростковом возрасте и ни в грош не ставила Марию Григорьевну, постоянно грубила бабке, вечно отстаивала свое мнение, на все обижалась, словом, вела себя так, как большинство тинейджеров, считающих всех старше двадцати пяти лет кретинскими шнурками без ума и памяти.

– И все же! – настаивала Мария Григорьевна.

– Куда хочу, туда и хожу! – отбрила ее Алина.

– Что за конверт ты отдавала Вике? – настаивает старуха.

– Люба велела, – неожиданно мирно пояснила Алина и добавила:

– Там тайна ее смерти!

Последнюю фразу глупышка сказала специально, чтобы сделать больно бабке, но Мария Григорьевна мигом среагировала:

– Ты читала? Что в конверте?

– Москва, – издевательски ответила Алина, – Реутовская улица, дом…

– Это на конверте, – стараясь не потерять самообладания, парировала Мария Григорьевна. – Я же спрашиваю про содержимое, ты читала письмо? О чем оно?

Алина вытаращила глаза и на полном серьезе заявила:

– О-о-о! Там полно страшных тайн!

– Каких?

– Ты – убийца, – идиотничает Алина, – маньяк, убивший сотни неповинных людей!

Девочка не читала письма, она и не представляла, о чем в нем идет речь, ей просто нравится говорить гадости бабушке, поэтому Алина принялась фантазировать. Любой другой человек, услышь он от ребенка подобную галиматью, мигом бы наподдавал безобразнице – и дело с концом, но Мария Григорьевна, сами понимаете, почему, пугается и спрашивает:

– Не лежали ли внутри документы?

– Да! – кривляется Алина. – Полно таких стареньких, мятых, желтых бумажек! Целый ворох.

– Ты их просмотрела?

И тут Алина скорчила гримасу и сообщила:

– А как же! Там списки тех, кого ты убила! Завтра же пойду в милицию и все расскажу!

Потом, показав бабушке язык, дурочка убежала в свою комнату. Алина очень довольна тем, как ловко наговорила противной старухе глупостей, но она и не подозревает, что шутка будет стоить ей жизни.

Мария Григорьевна в состоянии, близком к обмороку, кидается звонить Валерию. На следующий день Алина умерла от отека Квинке.

– Но Ксюша, дочка Валерия, сказала мне, будто у девочки нашли опухоль, – возразила я. Олег пожал плечами.

– Может, Боярский и озвучил эту версию, но в документах объясняется четко: у Алины начался аллергический приступ, скорей всего, на спрей от кашля. «Скорая помощь» замешкалась, и ребенок погиб от удушья, развившегося вследствие отека Квинке. И опять все сошло им с рук.

Оставалась лишь одна ненужная свидетельница – Вика Виноградова Действовать следовало очень быстро. Мария Григорьевна-то была уверена, что у Вики на руках изобличающие Боярских документы. Адрес Вики ей сообщила Алина, но как подобраться к Виноградовой? Все убитые до этого люди были либо родственниками, либо хорошими знакомыми. Самой ехать домой к Виноградовой Мария Григорьевна боялась, и тут Валерию пришла на ум гениальная идея – Анна Петровна Заяц.

– Это кто? – изумилась Томочка.

– Мама мальчика Коли, – пробормотала я, – пыталась с ней поговорить, но она даже не открыла дверь.

– Естественно, – хмыкнул Олег, – она тебя узнала. Ладно, по порядку. Вы знаете, что за свои уколы Боярские берут большие деньги. Кому-то инъекции помогают, кому-то нет, но люди цепляются за последнюю надежду. Однако бывает так, что Валерий берется лечить человека бесплатно, если этот случай его интересует как исследователя. Так произошло с Колей Зайцем. У Анны Петровны, неудачливой актрисы мелкого театра, нет средств на лечение мальчика, но Валерий, осмотрев Колю, решает заняться ребенком, и Анна Петровна клянется до гроба быть благодарной.

Задумав убить Вику, Мария Григорьевна вызывает Анну Петровну и говорит:

– У Коли может случиться рецидив болезни.