Читаем Сказ о жреце Раме полностью

Сразу после захода солнца они почти добрались до цели. Оставили машину возле большой щели, которая в перспективе грозила стать оврагом, и пешком поднялись к заветному месту. Олег светил фонариком, а Галина нежно вложила артефакт в имеющийся факт. И он идеально подошёл.

– Ну и?

– Давай подумаем. Что обозначают цифры? Год? А буквы, точнее надпись? Ветер, бог Солнца, сильно давить.

– По-моему ты сама и ответила. Подумай. Ветер при солнце и сильно надавить.

– Ну, если вспомнить так называемое проклятие пирамиды, то люди умерли от анаэробной палочки бутолотоксина, т.е. бутулизма.

– Вот. Здесь, вероятно, та же петрушка. Будем следовать инструкции. Пошли. Я ставлю палатку, за тобой ужин.

– Нет проблем, любимый. Только дровишек натаскай.

– Ха, где я тебе их в темноте найду.

– Там же, где и я. Мы прошли мимо кустарника, помнишь? Ты ещё чуть не споткнулся о сушняк.

– О, точно. Галчонок, ты умничка.

– А кто сомневался. Пошли уж.

Ночь была безлунная, но тихая и тёплая. Трещали сверчки, призывая самок, пару раз трещали ветки, и вдоль земли скользила пара маленьких блестящих блюдечек-глаз. Скорее всего, лисы. Около половины четвёртого начало светать. Доели вчерашний суп из пакетика, и попили горячего чая с бубликами. Всё хорошо, но был штиль. Пришлось ждать. Около девяти часов подул небольшой ветерок. Ветки кустарника не гнул, значит, не более пяти метров в секунду. Мало, но ждать было уже невтерпёж. Если нельзя, но очень хочется, на Руси, как правило, делают. Авось пронесёт. Когда закусывали не свежей колбасой и проносило. Да ещё как проносило, несколько дней с горшка не слазили. Здесь был немного другой вариант. Галина намочила тряпки водой и повязала эти самодельные намордники на себя и мужа.

– Ну что? Была, не была? – сказал Олег и вставил ключ в скважину.

– Конечно. Олешка, всегда надо использовать каждое мгновение, чтобы потом не раскаиваться и не сожалеть о том, что упустил свой шанс.

Ничего не произошло. Олег надавил сильнее. Тщетно.

– Попробуй покрутить. Правильно говорят умные люди: «Цените то, что у вас есть, сейчас и рядом. И никогда не думай: «А может быть …». Может и не быть».

– Как?! Здесь есть ручка?

– Щель. Обожди.

Галина достала из кармана десятирублевую монетку и протянула её мужу.

– Опа. Как тут и была.

Монета слегка сдвинулась, потом ещё немного, потом ещё. В какой-то момент послышался легкий скрежет, ониксовая дверь ушла вовнутрь и сдвинулась влево. Проход открылся.

– Кто молодец? Я молодец! – шутливо прокричала девушка и первой полезла вглубь.

Внутри оказалась обычная, природного происхождения пещера размером с кухню хрущёвки. Единственным предметом был большой стол из темного или потемневшего от времени дерева, внешне похожий на кафедру на родном факультете. На большом столе стоял, естественно, большой стеклянный куб, типа аквариума. А вот в нем была толстая книга.

– Не открывай. – Сказал Олег.

– Думаешь, она разлетится от старости?

– Я много чего думаю. Начиная с того, что ты влетела, не дав проветриться помещению, как рекомендовано в инструкции.

– Ой, а я забыла. Но ведь и ты тоже вошёл сразу.

– Я вошёл за тобой.

– Так что, мы теперь вдвоём, как те англичане?

– Не знаю. Неизвестно, насколько правильно мы трактовали перевод, что здесь на самом деле. Но, раз уж мы вошли, давай осторожненько поднимем этот кваквариум. Так в детстве говорила моя младшая сестрёнка.

Аккуратно и нежно они сняли стекло. На ощупь книга была сделана из кожи, причем обложка – типа бычьей кожи, а листы – типа шеврета. Запись была, как можно было догадаться, руническая. Галина достала из кармана две пары стерильных перчаток. Протянув одну мужу, надела сама и начала нежно перелистывать страницы.

– Хорошо хоть славянские руны. Такие я под Смоленском находила. Они немного отличаются от Скандинавских и по буквам, и по записи, произношению слов.

– Отлично. Значит, можешь прочитать?

Позади что-то щёлкнуло и стало совсем темно.

– Шо-то я не пОняла! – на одесский мотив громко сказала Галина.

– Шо, шо. Дверь закрылась.

– Закрылась или закрыли?

– А я видел? Я, как и ты, в книгу упёрся.

Подсвечивая себе фонариком, они облазили, осмотрели, ощупали практически каждый сантиметр стены, протопали пол, надеясь наступить на скрытую пружину, но всё было тщетно.

– А у нас даже воды нет. Да уж, не спрашивай у своей судьбы: «Что дальше?». И вообще, не задавай ей глупых вопросов. На всё есть один ответ – ПОКА ты жив – ЖИВИ.

– У нас даже вилки нет, чтобы начать выцарапывать лаз. Только портсигар.

– Тогда начинай. Не теряй времени. Не известно насколько герметично закрыта дверь. На улице яркое солнце, а здесь ни лучика. А это не радует. Начинай работать. Тебе фонарик всё равно не нужен, поэтому я почитаю, чтобы просто так не сидеть.

– Валяй. Только вслух.

– Да нет проблем.

Под аккомпанемент скрябыния и периодические вздохи, и ворчание мужа девушка начала читать.