Читаем Сказ о Степане-Стрелке полностью

Поэтому сибирские дивизии во главе с Панфиловым сейчас сдерживали озверевших от упорного сопротивления русских самураев. Отлично, надо сказать, сдерживали, по крайней мере, границу СССР японцы пока не перешли. Также войска Микадо не атаковали США, а США сидели у себя на заднице ровно, и занимались поставками денежных кредитов, вооружений и материалов Англии, Германии, Франции, Италии, Японии и прочим разным, кроме СССР. Ни помогать, ни вмешиваться в войну, американцы не спешили. Видимо считали, что СССР достаточно силен, и надо подождать, пока он ослабнет, а потом совместно додавить Германию. Тогда в мире останется только один гегемон и мировой хозяин. Но никто не ставил на то, что СССР победит в одиночку. Кроме самого союза и его жителей. И сдавливая его со всех сторон, враги даже не предполагали, что скоро давление достигнет той точки, что этот котел взорвется, сметя всех, кто на него давил. Отложив газету в инвентарь, Степан решил все-таки заняться делом. Делом скорбным, но нужным.

Для начала он уложил в кузове погибших бойцов более компактно, попутно собирая их документы. Также он закинул внутрь шофера и погибших санитаров. В ногах у парней он положил их винтовки. Валентину Степан решил уложить в последнюю очередь. Сначала он сложил в тот же кузов трупы немецких солдат. И уже поверх них положил девушку. Машина сильно просела. Но парень продолжал наводить порядок на дороге. Он собирал оружие фашистов и скидывал его в кузов просто валом. Потом он начал разгружать мотоциклы. Хорошие, так-то мотоциклы, «Zundapp» KS750, самые тяговитые мотоциклы этой войны. Да еще с понижающей и задней передачами, кроме основных четырех. С широкими покрышками, и подвесными кожаными сумками, дополнительными канистрами под топливо. Вот эти самые сумки и канистры он начал скидывать в кузов грузовика. Туда же отправились и винтовки, автоматы, скрученные с мотоциклов пулеметы, всего три штуки, но и то хлеб.

Внезапно, вдалеке послышался стрекот мотоциклетных движков. Степан как раз закончил тушить песком горящий мотоцикл. Парень не стал паниковать, внутри горело только желание отомстить и яркая, ничем не замутненная холодная ярость. Он спокойно выбрал себе пулемет, используя свой навык ремонтника. МГ-34, хороший пулемет, только длинными очередями не надо увлекаться, иначе ствол поведет, но только не в руках того, кто может ремонтировать оружие одним желанием. Проверил пристегнутый барабан на наличие патронов. Пулеметчик, видимо, не успел даже выстрела сделать, как был убит. Также спокойно выбрал точку, с которой хорошо простреливалась вся дорога. Степан не стал дожидаться, пока мотоциклисты подъедут, он пошел им навстречу. Отойдя от грузовика метров на пятьдесят, парень лег за упавшее дерево и замер, слившись с лесом. Когда враг подъедет к грузовику, намного удобней будет бить в спину. Никаких предрассудков парень не испытывал. Ждать пришлось недолго, минут пять, не больше. Три мотоцикла, девять человек. Здоровые, сытые, сильные, они подъехали, вскочили со своих железных коней, ощетинились автоматами и винтовками, старший уже хотел начать осмотр грузовика, когда Степан нажал на спуск.

Короткие злые очереди, враг на расстоянии вытянутой руки, несмотря на готовность, среагировать немцы не успели. Реакция Воина Системы, в любом случае, была быстрее. Вся схватка заняла секунд десять. Степка даже половину ленты не дострелял. Солдаты успели заметить, откуда пришла смерть. Он даже видел, как будто в замедленной съемке, как пули впиваются в серые спины, как разлетаются капельки крови, как враги пытаются повернуться в его сторону, но пули впиваются уже в бока. Ни одна пуля не попала в лицо или в грудь, Степан с удовольствием стрелял им в спину. Это был не бой, а казнь, и он не воевал, а карал. Сам приговорил, сам и казнил. После чего встал, подошел к лежащим солдатам. Над некоторыми висели кристаллы, а над некоторыми нет. Они были еще живы. Степан положил пулемет на какой-то мотоцикл, достал ТТ медсестры, и спокойно выстрелил каждому в голову, на одного не хватило, он заменил магазин, и выстелил еще раз. После чего спокойно собрал выпавший лут — девять камней душ и 24 малых кристалла маны. Кристалл с душой Вали он отложил отдельно, в специально нашитый нагрудный кармашек. Внезапно выскочила долгожданная надпись: