Читаем Сёгун полностью

Пятое. Все эти сведения достоверны: личная служанка госпожи Око – дочь воспитательницы моей тещи и была представлена госпоже Око, когда здесь, в Мисиме, внезапно скончалась, к сожалению, ее собственная служанка – от какой-то загадочной болезни.

Шестое. Бунтаро-сан стал как безумный: задумчив, зол, сегодня совершенно без всякой причины вызвал на поединок и зарубил самурая – и при этом проклинал Андзин-сана.

И наконец, последнее. Шпионы сообщают, что Икава Дзикю собрал в Суруге десять тысяч человек и готов напасть на наши границы. Пожалуйста, передайте от меня приветы господину Ябу…

Остальная часть письма не представляла интереса для Ябу.

– Дзикю, опять! Неужели я умру, не отомстив этому дьяволу!

– Пожалуйста, будьте терпеливы, господин, – успокоила его Юрико. – Скажите ему, Мидзуно-сан.

– Господин, – начал коротышка, – несколько месяцев мы пытались осуществить ваш план – тот, что вы предложили, когда прибыл первый чужеземец. Помните, увидев все эти серебряные монеты, вы сказали, что сотня или даже пять сотен, врученных нужному повару, избавят нас от Икавы Дзикю раз и навсегда? – Глаза Мидзуно словно бы выпучились, став еще больше похожи на лягушачьи. – У Муры, старосты Андзиро, есть двоюродный брат, который состоит в отдаленном родстве с лучшим поваром Суруги. Я слышал сегодня, что этого повара взяли в дом к Дзикю. Ему надо дать двести сотен вперед, а всего придется заплатить пять со…

– У нас нет таких денег! Невозможно! Где я возьму пять сотен – я кругом в долгах и не могу достать даже сотни!

– Пожалуйста, извините меня, господин. Простите, но деньги уже есть. Не все деньги чужеземцев остались в сундуке. Тысяча монет случайно оказалась неучтенной. Простите.

Ябу удивленно воззрился на брата:

– Как это?

– Видимо, Оми-сан приказал сделать это от вашего имени. Деньги тайно привезли сюда госпоже Юрико, у которой сначала получили разрешение, чтобы – храни нас Будда! – не навлечь на себя ваш гнев.

Ябу долго размышлял.

– Кто это приказал?

– Я. После того, как получил разрешение.

– Спасибо, Мидзуно-сан. Благодарю, Юрико-сан. – Ябу поклонился обоим. – Так Дзикю хочет напасть? Что ж, наконец-то мы с ним посчитаемся! – Он дружески похлопал коротышку по плечу – тот был в восторге. – Ты поступил правильно, брат. Я пришлю тебе несколько рулонов шелка из хранилища. Как твоя жена?

– Хорошо, господин, очень хорошо. Она просила принять ее самые лучшие пожелания.

– Мы непременно как-нибудь поужинаем вместе. Теперь о письме: что ты обо всем этом думаешь?

– Ничего, господин. Мне, напротив, важно ваше мнение.

– Во-первых… – начал было Ябу, но тут же осекся, поймав предостерегающий взгляд жены, и с ходу переменил тему: – Во-первых и в-последних, это значит, что Оми, твой сын, – прекрасный, преданный вассал. Если я сохраню свое положение, то не забуду его – он заслуживает повышения.

Мидзуно, разумеется, рассыпался в изъявлениях благодарности. Ябу был с ним необычайно терпелив, поговорил, похвалил и, насколько позволяла вежливость, быстро его выпроводил. Юрико послала за чаем. Когда они остались одни, Ябу вопросительно посмотрел на жену:

– Что еще ты хотела мне сказать?

Обычно сдержанная, Юрико явно была чем-то возбуждена.

– Пожалуйста, извините меня, господин, но я хочу поделиться с вами мыслью, которая у меня возникла. Торанага всех нас дурачит: он никогда не имел и не имеет намерения ехать в Осаку и сдаваться Совету регентов!

– Ерунда!