Читаем Синопсис Дарби Исход полностью

После этих событий, изображающих характерные черты благодати, сцена полностью изменяется. Израильтяне не празднуют праздник Сущему [5,1] на горе, куда Бог, как обещал Моисею, привел их, — привел, «нося их [как бы] на орлиных крыльях, к Себе». Бог предлагает им условие: если они будут слушаться голоса Его, то будут Его народом. Израильтяне, не познав самих себя, вместо того чтобы сказать: «Мы хоть и обязаны слушаться, но не осмеливаемся становиться под такое условие, рискуя утратить свое благословение, более того, неминуемо лишаясь его», — вместо этого народ взялся исполнить все, что сказал Господь. И теперь благословение было поставлено в зависимость (как в случае с Адамом) от верности человека, так же как от Бога. Еще дальше стало оно от того, чтобы (как наше) основываться на осуществленном и завершенном искуплении, оно не было даже основано на безусловном [не ограниченном условиями] обетовании, как в случае Авраама. Однако народу не было позволено приближаться к Богу, который скрывался во мраке. Фактически Израиль пытается слушаться вдали от Бога, в положении, в котором они не могли приблизиться к Нему в Его величии, которым и обусловлено послушание. Тем не менее Бог со всей торжественностью огласил свой закон и счел нужным, чтобы народ был в страхе перед Ним, — для этого гремит гром. Но может ли страх дать силу тому, кто находится далеко от Бога? Возможно, это вызовет подобающие чувства, однако приниматься за послушание в таком положении не было подобающим. Ужас и условие быть послушным, когда народ удален от Бога, — таков характер закона, это святое правило, данное человеку, когда он не может приблизиться к Богу, — правило, которое, рассматриваемое в своем наиболее широком характере, воздвигает барьер и, поднимая вопрос праведности как условия жизни, требует праведности от человека, когда человек является грешником.

Дела человека и человеческий порядок равным образом запрещены

Моисей, когда Бог говорил народу, а народ не осмеливался слушать Его более, приблизился к густой тьме и получил наставления Бога к народу, — наставления общего и нравственного характера, относящиеся к их обладанию землей Ханаанской, когда они войдут в нее согласно завету закона. Два особых момента представлены нашему вниманию в предписании, относящемуся к их поклонению: дела человека и человеческий порядок, всегда открывающий наготу человека, равным образом были запрещены (20,25.26).

Преданность Христа, любовь и служение «навеки»

В 21-й главе мы можем кратко отметить прекрасный образ преданности Христа церкви и своему Отцу, а также Его любви к нам (ст. 5 и 6). После жизни, которую Он всецело посвятил служению как человек, когда жил на земле, Он пожелал остаться слугой даже в смерти из любви к Отцу, к церкви и к своему народу. Он сделался слугою навечно (сравните Иоан. 13,14.15, что касается настоящего времени, и Лук. 12,37 даже относительно времени славы).

Исход — Главы 24, 25

Завет, имеющий условия, утвержден на крови, следуют отношения с Богом

Этот завет, заключенный на условии послушания народа, был утвержден кровью (глава 24). Когда была пролита кровь и таким образом вошла смерть как суд Бога, старейшины восходят, чтобы вступить в отношения с Богом. Они видят Его славу и продолжают жить человеческой, земной жизнью, они ели и пили.

Скиния — образец небесных вещей

Но Моисей призывается приблизиться к Богу, чтобы увидеть образцы вещей более замечательных, небесных, которые снабдили бы необходимым для проступков и недостатков народа Бога, в то же время открывая израильтянам совершенство и различные стороны славы Того, к кому они приближались как Его народ. Только народ еще нес на себе отпечаток домоправления, которому они принадлежали. Это справедливо можно отнести ко всему тому, что не основано на связи с прославленным Христом, на плоде вечного искупления, на вечном выражении воли Бога, и не характеризуется всем этим. Однако то, в чем эти образцы не соответствуют их прототипам, какими мы знаем их, заключается не в самих этих предметах, а в свободе доступа, в пути, который открыт, и мы допущены к ним, вещам, связанным к тому же с гораздо более высокими привилегиями [Евр. 10,19.20]. Форма осуществления зависела от существовавшего тогда положения вещей. Существовало священство, но было много священников, поскольку они были смертными; для нас — один, потому что Он не умирает [Евр. 7,23]. Завеса, за которой находился Бог и которая преграждала путь к Богу, для нас разорвана, и путь в святое святых открыт, так что святое и святое святых для нас в духе соединились в одно. Тем не менее главный прообраз остается, и я не думаю, что в тысячелетнем царстве завеса будет разорванной, хотя всякое благословение зависит от смерти Христа. Наше положение как христиан особое: мы связаны с Христом как сыновья с Отцом и как члены Его тела. Мы также являемся небесными по своей надежде и призванию как принадлежащие новому творению.

Два аспекта скинии: слава Христа и средство для взаимоотношений Бога с Его народом