Слезящиеся глаза обитателя сарая переместились с лица Пендергаста на деньги. И не отрывались от них, пока Пендергаст отсчитывал семь десятидолларовых бумажек. Слегка поколебавшись, старик выхватил их у него, как будто они в любой миг могли улететь, и засунул в карман брюк из грубой ткани.

С широкой техасской улыбкой Пендергаст удобно устроился на пеньке. Его хозяин, с неуверенным выражением на старом лице, сделал то же самое. Он был невысок и тощ, с длинными спутанными седыми волосами и баками, короткими руками и невыразимо грязными ногтями. Лицо и руки его потемнели после долгих дней, проведенных на солнце. Подозрительность все еще горела в его глазах, несколько смягченная при виде денег.

– Как вас зовут, дружище? – спросил Пендергаст, небрежно держа пачку банкнот в руке.

– Кайют.

– Что ж, мистер Кайют, позвольте и мне представиться. Билл Физерс к вашим услугам. У вас тут наверняка найдутся всякие симпатичные мелочи. Уверен, мы с вами договоримся!

Пендергаст приподнял старый металлический дорожный знак «Шоссе 111», положенный на два шлакобетонных блока в качестве столешницы. Краска на нем шелушилась, поверхность была испещрена дырочками от дроби.

– Вот это, например. Знаете, люди любят вешать такие штуки на стенах в закусочных. Большой спрос. Уверен, что смогу его продать… даже не знаю… ну, скажем, за пятьдесят баксов. Что скажете?

Глаза засветились ярче. Чуть помедлив, Кайют резко кивнул, как хорек. Пендергаст отсчитал еще пятьдесят долларов и передал их старику.

Потом он расплылся в улыбке:

– Мистер Кайют, я вижу, вы человек деловой. Думаю, для нас обоих это будет весьма полезный обмен.

18

Не прошло и пятнадцати минут, как Пендергаст приобрел еще пять совершенно бесполезных вещей на общую сумму 380 долларов. Это успокоило в высшей степени подозрительного Кайюта. Пинтовая бутылочка ликера «Южный комфорт», извлеченная из заднего кармана брюк Пендергаста и предложенная к употреблению, произвела дополнительный эффект, развязав старику язык. Похоже, он был сквоттером, который некоторое время провел здесь еще мальчишкой, а когда для него настали тяжелые времена, вернулся в Солтон-Палмс, после того как городок был уже оставлен жителями. Он использовал «бунгало» как свою базу, откуда совершал набеги на брошенные дома в поисках каких-нибудь вещей на продажу.

Пендергаст терпеливо и тактично расспрашивал его об истории городка и близлежащего «Солтон-Фонтенбло» и был вознагражден беспорядочным рассказом о взлете и расцвете казино и о его долгом, печальном увядании. Кайют вроде бы был помощником официанта в самом шикарном ресторане гостиничного комплекса в дни его славы.

– Боже мой, – проговорил Пендергаст, – вот где было на что посмотреть.

– Вы себе и представить не можете, – откликнулся Кайют своим сиплым голосом. Он допил ликер и отставил бутылку в сторону, словно это тоже был предмет для коллекции. – Все сюда приезжали. Все голливудские знаменитости. Сама Мэрилин Монро оставила автограф на моей манжете, когда я убирал посуду с ее столика!

– Не может быть!

– Случайно рубашку отдали в стирку, – грустно сказал Кайют. – Представьте, сколько бы она стоила сегодня.

– Вот ведь жалость. – Пауза. – И давно отель заколотили?

– Лет пятьдесят – пятьдесят пять.

– Какая трагедия, ведь такое прекрасное здание, и вообще.

– У них было все. Казино. Бассейн. Променад. Лодочная пристань. Спа. Зоосад.

– Зоосад?

– Да. – Старик взял пустую бутылку «Южного комфорта», тоскливо взглянул на нее и поставил на место. – Ниже отеля была такая естественная пещерка, вот там и устроили зоосад. Совсем рядом с коктейль-баром. Сделали все как в джунглях. У них там содержались живые львы, черные пантеры и сибирские тигры. По вечерам все шишки собирались с выпивкой на балконе над зоосадом и глазели на этих зверюг.

– Как интересно. – Пендергаст задумчиво потер подбородок. – А внутри там ничего ценного не осталось? Вы не ходили посмотреть, что там есть?

– Да там все распотрошили. Полностью.

Внимание Пендергаста привлекло что-то еще, выглянувшее из-под валяющегося на полу потрепанного, с разломанным корешком каталога «Сирса» не менее чем полувековой давности. Пендергаст поднял заинтересовавший его предмет и поднес к самодельному окну, чтобы разглядеть получше. Это был необработанный кусочек бирюзы с черными прожилками.

– Прекрасный камень. Может, мы сумеем сторговаться и по нему? – Он посмотрел на Кайюта. – Тут вроде неподалеку есть старая шахта. «Золотой паук», если память мне не изменяет. Вы его оттуда взяли?

Старик отрицательно покачал седой головой:

– Никогда туда не хожу.

– Почему? Мне кажется, если хочешь найти бирюзу, то именно туда и нужно идти.

– Да про эту шахту всякое рассказывают, вот я и не хожу.

– А что рассказывают?

Лицо Кайюта скривилось, приобрело странное выражение.

– Люди говорили, что туда приходят привидения.

– Не может быть.

– Сама шахта маленькая, но там есть жуть какие глубокие стволы. Всякие слухи ходят.

– Какие слухи?