Они прошли весь овраг вдоль и поперёк — и ничего интересного не обнаружили. Ладно дацан, чёрт с ним, но... Но Баурджин всё же надеялся... не то, чтобы на что-то конкретное, но... Скажем, отыскать вот здесь, на тропинке или где-нибудь рядом, хотя бы близ неширокого ручья, ммм... гильзу! Обычную гильзу от винтовочного патрона. Ну, или пистолетную.

А ничего подобного не было. Ни гильз, ни осколков, лишь ветер выл в камышах у видневшегося невдалеке болотца. Вот снова кто-то захохотал... Выпь! Теперь уж ясно было — выпь.

— У, зараза! — наклонившись, один из стражников швырнул в болотину камень. Выпь умолкла.

Разочарованный Баурджин уже собирался отдать приказ повернуть обратно, как вдруг...

— Дацан! — громко закричал Кижи-Чинай. — Вон там, слева!

Нойон повернул голову... Действительно, за ручьём, в ивовых зарослях что-то такое маячило, что-то каменное, большое... И как раньше-то его никто не заметил?

Князь рванулся вперёд, перепрыгнув неширокий ручей, взбежал по склону оврага...

Камни... Никакой не дацан! Просто груда камней, обычных серых валунов, поросших фиолетовым мхом.

— Ну? — так и не решившись перебраться за ручей, закричали воины. — Что там, господин?

Храбрецы, мать их...

— А ничего, — сплюнув, отмахнулся нойон. — Сами взгляните — одни каменюки... Дацан! Дацан! — ох, как хотелось Баурджину отвесить хорошую затрещину пленнику! Еле сдержался.

А любопытные стражи уже перепрыгнули ручей. Вот ещё — ждать их! Баурджин махнул рукой:

— Эй! Нечего там шерудить. Уходим.

— Господин! — один из любопытных в три прыжка догнал князя, протягивая на ладони... средних размеров жемчужину!

— Я нашёл это там в камнях...

— В камнях? — Баурджин удивлённо остановился. — А ну-ка, посмотрим.

Воины перевернули все камни, и, кроме жемчужины, отыскали ещё и пояс с красивыми серебряными бляшками, и саадак из красной кожи, правда, без лука и стрел, какую-то помятую медную чашу и нефритовую статуэтку Будды.

— Всё! — браво доложил Керачу-джэвэ. — Больше ничего нет.

Баурджин пристально посмотрел на пленника:

— Ну? Ничего здесь не узнаешь?

— Узнаю... — нехотя отозвался тот. — Эту статуэтку я видел как-то у нашего главаря, Каим-шери. И саадак, кажется, тоже...

— А что Каим-шери рассказывал про урочище?

— О, много чего рассказывал! И про демонов, и про огненных драконов, вообще — всякие ужасы.

— Понятно.

Ну конечно же — все небылицы и ужасы распространял главарь банды, устроив в овраге схрон. Что б боялись не только спускаться в овраг, но даже к нему и подходить! Неплохо придумано, правда, не оригинально.

— Всё, закончили, — скомандовал Баурджин. — Уходим.

Небольшой отряд быстро поднялся к устью оврага. Нойон остановился, пропустив всех вперёд, бросил взгляд на урочище... Красиво! Что и говорить, красиво. Огромный овраг, с поросшими густыми кустами склонами, каменистые берега ручья, болотце с пушистыми камышами, утки. Настрелять, что ли, к обеду? Послать воинов — всё равно отдыхать здесь до завтрашнего утра.

Чу!

Показалось вдруг — там, внизу, за камнями, что-то блеснуло! Словно бы огромный кусок золота... Баурджин прищурил глаза. Нет! Это солнце отражалось в ручье.

— Кое-что нашёл, господин! — начальник стражи почтительно протянул князю... длинный светлый волос. — Видать, здесь проходили лошади.

Баурджин машинально подёргал находку и насторожился:

— А волос-то вовсе не лошадиный, человеческий!

Женский... Сердце вещало — женский. Светлый, блестящий... золотой.

Нойон снова обернулся. И снова показалось, будто что-то блеснуло... нет, не ручей... Что это — золотой гэр? И не его ли хозяйка — златовласая красавица Кералан-дара оставила этот волос? Кералан-Дара... Юрта из золотой парчи... Как давно это было! Лет двадцать назад, на севере, в далёких найманских горах... А было ли?

В ручье плавилось солнце. Баурджин ещё постоял немного, полюбовался пейзажем и, вздохнув, неспешно побрёл к своим. В большом котле над костром уже булькало аппетитное варево.

А ночью пленники убежали! Все трое... Правда, стражник вовремя поднял тревогу, и Керачу-джэвэ стрелой взметнулся в седло.

— Я притащу их за волосы, можешь не сомневаться, князь!

Баурджин задумчиво усмехнулся:

— Ты хочешь их поймать? Зачем?

Начальник стражи чуть из седла не выпал.

— Так что, не ловить?

— Нет, — нойон покачал головой. — Не надо. Пусть себе бегут — зачем нам лишня обуза? К тому же... Этот мальчик, Кижи-Чинай, думаю, вскоре объявится в Изцин-Ай. Пусть.

Глава 3

ДОРОГУ УКРАЛИ

Осень 1216 г. Ицзин-Ай

К искусственности не прибег бы, нет!