– Я где-то тоже слышал, что, кроме памяти, передаются и ощущения, мол, будешь чувствовать все, что и партнер, дескать, любые сигналы доходят до мозга, – неуверенно сказал я, поддерживая разговор.

– Во-от, точно, у жены менструация – и я каждый месяц ее ощущаю, вот потеха. А секс – так вообще умора: буду ощущать, как сам себя трахаю, – забился в конвульсиях смеха друг детства.

– Да уж, да уж, – пробормотал я.

«Какой он дурак! Да разве с любимым делишься плохим!» – с досадой сказала Катя мысленно.

«Хочешь каждому несчастному это объяснять?» – так же мысленно спросил я.

«Нет, но он же просто дурак».

«Согласен, и что с того?»

«Что, обязательно с ними общаться?»

«Ты же знаешь, что нам долгое время нельзя встречаться с Черкановыми, они под наблюдением».

«Знаю, прости, сейчас успокоюсь».

«Кстати, мне кажется, я иногда улавливаю эхо их мыслей».

В ответ Катя прислала горячий страстный поцелуй, заполнивший мне душу радостью.

Аянбек Досумбаев

Отцы и эти

Чувствую, что надо заняться чем-нибудь полезным. Нужно с пользой провести выходной. С пользой для себя. Например, почитать. Я лег на софу и только достал «визуальный передатчик», как из динамиков, встроенных в потолок, раздался жирный баритон, затянувший простенький мотивчик:

– Обед! Вкусный обед! Обед! Вкусный, вкусный, какой же вкусный!

Я уже знаю, дядюшка не отстанет, все будет гундеть и гундеть, пока не спущусь в столовую. Но что поделаешь, лучший в стране вуз расположен в двух шагах от дядюшкиного домика. Ну ничего, всего-то три года до окончания.

Идеально белые ступеньки из мягкого пластика замелькали под ногами, идеально белые перила – слева, идеально белая стена – справа. Весь дом изнутри покрыт идеально белой самовосстанавливающейся краской. Уму непостижимо, какие огромные средства вбухал в это дядюшка. Хотя очень удобно, любая царапина, любое пятно рассасываются за секунды. Но я бы эти деньги потратил на новые «преобразователи» или на дополнительные курсы обучения…

Можно бы воспользоваться лифтом, как-никак домик четырехэтажный, но мышцам нужно движение. Учащается сердцебиение, кровь поставляет дополнительные порции кислорода и глюкозы не только мышцам, но и мозгу. А это хорошо.

Слышно, как до сих пор дядюшка вовсю горланит свою дурацкую песенку про обед. Ах, точно, я же не ответил, что спускаюсь.

– Дядюшка, я уже здесь.

Он обрадованно всплеснул руками и пропел:

– Альжан! Дорогой мой племянник! Ах, как радостно, что ты пришел на обед!!! Вкусный обед!!!

Очень веселый и милый толстячок. Богатый. Наверное, умный. Был.

Он приглашающе указал на стул, но я прошел к полке с посудой. Вода побежала ровной струйкой из белого крана, а когда я убрал стакан, поток прекратился. Сенсоры. Как все-таки любит прошлое поколение усложнять все вокруг себя! Некуда усложнять уже. Пора начинать усложнять себя. Пора. Я сел за стол напротив дядюшки, вытащил из кармана питательную капсулу, запил водой.

– Спасибо, дядюшка, все было вкусно!

Дядюшка не ответил. Он с таким энтузиазмом уплетал фаршированный перец, что даже у меня в животе недовольно заурчало, но я подавил животный инстинкт и пошел обратно в комнату.

Что за странный обычай, обеспечивать тело необходимой энергией обязательно вместе и за одним столом? Хотя, конечно, можно порыться в Интернете, поискать причины… но зачем?

Поел. Теперь можно и почитать.

В этот раз я даже не успел достать «передатчик», как в динамиках раздался голос дядюшки Стратара:

– Дорогой мой! Милый мой племяшек!

Последнее слово он проглотил вместе с фаршированным перцем. Слышно было, как он смачно откусил еще один кусок плода травянистого растения семейства пасленовых, нафаршированного мясной мякотью, измельченной в мясорубке. А если еще подробнее, то примерно ноль целых тридцать пять сотых грамма алкалоидоподобного амида капсаицина, четыре целых две десятых грамма сахара, около десяти граммов белков, а еще витамина С, каротина, эфирного и жирного масла, совсем мало стероидных сапонинов и много чего еще… мягко говоря, не очень полезного. А что полезное, то в таких малых количествах, да еще и подверженное термической обработке… Ужас. По мне, так капсулы вкуснее. Если считать, что вкусность обусловливается полезностью. Наконец дядюшка прожевал и второй кусок, продолжил:

– Дорогой мой! У меня к тебе предложение. На заднем дворике сейчас как раз солнышко. Предлагаю принять солнечные ванны в моих стареньких шезлонгах и размять мозги за чтением! Как тебе такое предложение?

Я устало вздохнул. Ну что поделаешь? Придется идти.

Дядюшка поднял взгляд на солнце, прищурился, как чистокровный китаец, и с огромным удовольствием чихнул, да так, что бедный шезлонг прогнулся, опасно хрустнув ножками, а с яблони недовольно спорхнула стайка воробьев. Дядюшка Стратар еще шире улыбнулся, ведь хороший чих прекрасно взбадривает. Он не раз рассказывал, что отдел мозга, отвечающий за чихание, находится рядом с отделом зрения. Мол, когда раздражаешь отдел зрения ярким светом, он испускает огромное количество электронных импульсов, а те раздражают отдел, отвечающий за чихание.