Читаем Синдром защитника полностью

К этому Рэйн оказался не готов. Ожидал увидеть хаос и панику; трупы с вырванными внутренностями, обессиленных и напуганных фермеров, которые понимали, что заражены. Увидеть агонию, страх и своего врага… Так бывало на войне. Он отчетливо помнил, как остатки разбитых в долине Харт войск повстанцев бежали в ближайшую деревушку. Его отряд шел по пятам, чтобы покончить с мятежниками и выследить предводителя «красноглазых» – мясника Хокка. Но они опоздали. Ублюдки взяли деревню под контроль и прикрылись гражданскими, будто щитом; сначала выреза́ли по одному, а потом согнали в здание Аграрного центра и выдвинули пресловутое «или-или». Это был один из сложнейших штурмов. Все закончилось быстро. Мясника Хокка отдали под трибунал, мясник Аллерт получил звание капитана. Потом Рэйну еще долго мерещились картины того изнурительного кровавого боя, они и сейчас стояли перед глазами.

Нечто подобное должно было случиться на Энцот. Но не случилось.

Станция словно вымерла. «Молния» зашла на посадку в док, будто тысячу раз там швартовалась. Никто не пытался помешать, что насторожило. Док – стратегически важный объект, его должны захватить первым и держать оборону до последнего вздоха. И когда Рэйн с группой десантировались на платформу станции, закупоренные в скафандры, с маневровыми ранцами за спиной; когда вспороли обшивку и вломились внутрь, то не расстреляли ни единого патрона. В доках никого не оказалось, будто захватчики сюда даже не заглядывали, а рабочие все разом взяли выходной и разошлись по домам, доверив обязанности автоматике. И реактор удалось обложить взрывчаткой, не потратив нервов и времени.

Сейчас Рэйн стоял на обочине огибающей ферму трассы и всматривался вдаль. Десятки дронов разлетелись по разным уголкам станции, передавая изображение на визор шлема. Ничего. На ум пришло сравнение с декорациями к фильму, где Энцот – съемочный павильон, а актеров нет. Или же есть?

– Кэп, у меня чисто, – доложил Дрейк.

Рэйн обернулся: оперативник держал в руках дрон размером с теннисный мяч и программировал на еще один полет. Рядом переминался с ноги на ногу Фрей. В снабженной экзоскелетом черной броне он казался настоящим великаном. На плече красовался модульный пулемет. Остальные бойцы разбрелись, занимаясь сбором данных и просмотром записей.

На покрытой щербинами и выбоинами дороге пыхтели двигателями два грузовика, готовясь сорваться с места. Из красной кабины первого высунулась Веда Райли, посмотрела в сторону группы и снова юркнула внутрь. Ждет, когда поедет осматривать станцию и спасать тех, кого здесь нет.

Подошла Бьянка. Броня на ней сидела идеально, будто не пластины, а тело девушки отлито из сплава керамики, стали и хроатона. На сгибе локтя лежал автомат, за спиной виднелся куцый ствол экспериментальной винтовки.

– Не нравится мне это, – сказала Бьянка, в голосе слышалось беспокойство. – Не может быть, что здесь никого! Где-то же они засели! Только где?

– Если и засели, то на элеваторе, – ответил Рэйн, приблизив изображение здания на визоре. Стенки зерновых хранилищ блестели, как отполированное зеркало. Ловили гладью отражение золотых гор зерна, зеленого поля и парящие в воздухе дроны. Чем не Аграрный центр в деревушке долины Харт?

– Тоже ставлю на элеватор, – Макс картинно прицелился из «чуды-юды», так окрестил новинку. Отвесив гулкое «бамс!», добавил: – Лучшего места, чтобы окопаться, не найти. И народу туда поместится предостаточно. Наверное, фермеров в заложниках держат.

– Пойдем и проверим, – кивнул Рэйн. – Райли, – вызвал он Веду, – заводите машины, объедете поля и жилой сектор. Только не подставляйтесь. Сначала просканируй сектор с помощью дронов и своего дара, а мы проверим элеватор.

– Принято, капитан, – отозвался тоненький голосок.

Грузовики съехали на обочину и потерялись средь зеленого моря. Рэйн махнул рукой, отряд из десяти бойцов двинулся через живописный луг.

Под ногами шуршала трава. Чем ближе подходили к элеватору, тем отчетливее слышался гул конвейера, создающего очередную золотую гору. Будто из крана вода шумело зерно, слетая вниз. Сыпалось в бесформенную кучу, которая давно переросла своих соседей и расползалась по дороге. Никто не следил за техникой. Никто не бродил по полям, высматривая дозревшие колосья. Пусто. Тихо. Как на кладбище.

– Что думаете, капитан? – озираясь, спросил Инквизитор. – Ни единой живой души в округе. Даже звуки, будто замогильные. Мне это место могилой и кажется. Requiem aetemam[20].

– Веласкис, про могилы больше ни-ни. Плохая примета, – нахмурился Рэйн.

В эфире послышался голос Бьянки:

– Может, жители в лазарете? Если версия с вирусом правдива, то всех уцелевших должны на карантин поместить. А тела инфицированных, скорее всего, сожгли.

Девушка шла позади с группой наемников. Рэйн ее не видел, но представил, как она взволнованно покусывает нижнюю губу – в такие моменты она становилась человечной, а хладнокровная стерва исчезала.