Читаем Синдром войны полностью

– Докладываю! Группа спецназа майора Поперечного, как мы и догадывались, попала в засаду. Сепары напали перед рассветом, штурмом взяли здание. Майор и трое его людей попали в плен, остальные погибли. Двух бойцов с гранатометом майор отправил на другой конец площади, но и им не повезло – тела нашли. Мертвых людей майора местные хоронить не стали. Замучаешься рыть землю на таком холоде. Всех стащили в коридор администрации, там они и лежат штабелями. В общей сложности четырнадцать душ. Сепары тоже понесли большие потери, но тела не оставили. Они бегали по поселку, искали транспорт, нашли какой-то грузовик, но наши его сожгли вместе с их БМП. Местный осведомитель говорит, что за сепарами – а их оставалось пятеро – прислали вертолет. Они загрузили в него своих жмуров, наших пленных вместе с майором, сели сами и улетели.

– Значит, информация от лазутчика в штабе бандитов верна, – заявил Вестник. – Выслали вертолет, но обратно он не прилетел. Что удивительного? Машинка старенькая, погода гнусная. Каюк всей честной компании.

– Похоже на то, – согласился сержант. – Их покойники второй раз сдохли. – Он не удержался от гаденького смешка. – Есть ли смысл искать вертолет, если там все равно никто не выжил?

– Нет никакого смысла, – согласился Вестник. – Докладываем начальству и валим отсюда. Чем еще порадуешь? – поинтересовался он, видя, что сержант не собирается уходить.

– Человечек доложил, что есть тут один дед. В общем, убежденный сторонник террористов. Отпрыск его служит у бандитов на начальственной должности. Человечек подозревает, что этот дед и навел бандитов на Степановку.

– А ну-ка подать его сюда! – встрепенулся Вестник.

– Я знал, что вы так скажете. Сейчас приведут. Да вот он!..

Два бойца подгоняли прикладами бледного старика, обросшего щетиной. Он семенил, сильно сутулился, морщился от боли.

Вестник с сержантом выбрались из машины. Капитан саркастично ухмыльнулся. Он стоял, расставив ноги, запихнув большие пальцы рук под ремень. Солдаты подогнали старика, отвесили ему напоследок хлесткую затрещину. Тот охнул от боли, упал на колени, схватился за голову.

– Ты чьих будешь, дедуля? – ласково спросил Вестник. – Вставай, не будут тебя больше бить. Мы со стариками не воюем. Представься по полной форме.

– Чего вы хотите от меня? – прохрипел старик. – Я здесь живу.

– Это он прислал сюда террористов! – выкрикнул кривоногий сивый мужичонка, который мялся в стороне, не решаясь подойти. – Это точно он! Воловец фамилия! Его сын Димка служит у бандитов – такая же гнида!

– Заткните пасть этому поганцу! – проворчал капитан.

Подбежал боец, пинками стал спроваживать стукача с площади.

Старик медленно поднялся с колен. Он уже не казался таким взволнованным, худые плечи распрямились. Лицо сохраняло скорбную мину, но глаза теперь смотрели спокойно. Он понял, чем кончится это дело. Старик прекрасно знал, что означают эмблемы на шевронах бойцов, захвативших его: свастика без загнутых концов на вертикальной палочке.

«Украинская идея». Так расшифровывают этот символ убежденные националисты. А на деле пусть не руны СС, но их явное подобие.

– Итак, мы ждем, – напомнил Вестник.

– Да шли бы вы в задницу, – обреченно вымолвил старик. – Фашисты недобитые, сволочи, каратели проклятые!.. Я Воловец Матвей Фомич. Еще вопросы будут?

Солдат ударил его прикладом в плечо. Воловец качнулся, но не упал.

Вестник укоризненно покачал головой, вытащил из кобуры пистолет Стечкина, взвел затвор и проговорил:

– То есть ты не возражаешь, дедуля, что сам навел террористов на Степановку, и твой отпрыск подвизается на службе у боевиков?

– А если возражу? – Старик хрипло рассмеялся. – Это что-то изменит?

– Да, ты прав, – подумав, согласился Вестник. – Наверное, ничего уже не изменит.

Он вскинул пистолет, хотел лишь попугать старика для начала. Капитан не любил скорые расправы, предпочитал мучить своих жертв. В этот самый момент Воловец плюнул ему в лицо! Видимо, боялся, что не успеет, если чуть промедлит. Слюна потекла по переносице, жар ударил в голову Вестника.

Он выстрелил старику в голову. Пуля пробила глаз, взломала заднюю стенку черепа. Отшатнулся боец – его едва не окатило мозгами жертвы. Воловец рухнул навзничь, раскинул руки.

Солдаты не стали комментировать поступок командира. Иначе несложно было схлопотать удар в лицо или даже пулю. Капитан утерся носовым платком, шикнул на подчиненных. Чего, мол, уставились?

«Эмоции, Тихон! Их у тебя слишком много, – подумал он со злостью. – Этот старик был полезнее живым, чем мертвым. Ты ненавидишь их породу, но должен быть сдержаннее. Если сынуля покойничка действительно имеет вес в банде, то можно было бы шантажировать его жизнью отца, заставить работать на нас. С другой стороны, кто знает, что старик мертв? – Капитан обвел глазами площадь. – Несколько гражданских, испуганных убийством. Если избавиться от них, то правда и не вылезет».

Он уже собрался отдать приказ сержанту, но тут включилась рация, висевшая на поясе.

– Шатун, это Падишах, ответьте!

– Слушаю, Падишах.

– Отлично, что вы на связи. Где находитесь?

– В Степановке.