Читаем Синдикат-2. ГПУ против Савинкова полностью

Павловский рассказал также все, что знал об организациях «НСЗРиС» в Воронеже, на Дону, в Петрограде, Пскове, Речице. Выдал всех известных ему резидентов, посылаемых в Россию в 1922 г.[157]

Шестая командировка за границу

12 ноября 1923 г. начальник КРО ГПУ Р.А. Пиляр утвердил проект шестой командировки за рубеж по делу «Синдикат-2» подготовленный помощником начальника 6-го Отделения КРО ОГПУ С.Г. Гендиным.

Для дальнейшей разработки Парижа необходимо была посылка очередного курьера от Москвы в Вильно и Варшаву. Образование в Москве «НСЗРиС» из слияния двух демократических организаций «Л.Д.» и «Комитета Действий и Пропаганды» «НСЗРиС», приезд и «задержание» С.Э. Павловского, его письма к Фомичеву и Савинкову давали возможность приезда при известных условиях в Россию и А.А. Деренталя. Гражданская война в Германии, забастовочная волна в Польше — все это должно было изменить темп и курс дальнейшей разработки дела «Синдикат-2».

Шестая командировка должна преследовать изменение взаимоотношений с Экспозитурой в лице капитана Майера. Планировалось ему указать, что Мосбюро работает с ним из-за связи с Варшавой в лице Философова и с Парижем в лице Савинкова.

Шпионской работой, как это желательно Майеру, Мосбюро не планировало заниматься. Большое значение в этих переговорах будет иметь присутствие нашего агента ГПУ Леонида Николаевича Ше-шени, которого поляки очень ценят и который лично известен давно Майеру. Леонид Николаевич как председатель Мосбюро должен заявить, что организация отказывается от постоянного жалованья, как это установил Майер, оставляя только оплату дороги и плату за материалы конфидентам[158].

Планировалось послать Фомичеву от имени МКД с участием Павловского 20–25 долл., как ежемесячное пособие на содержание виленского пункта, но поставить ему условие не связывать себя постоянной службой с Экспозитурой № 1, сохранив с ней такие взаимоотношения, какие были до последнего времени, то есть полная связь и взаимное обслуживание друг друга. Этим планировалось добиться лучшего отношения поляков к Фомичеву. Поляки должны были знать о том, что Иван Терентьевич снабжается Москвой.

Необходимо было выяснить, каким путем надо было наладить связь с Вильно и Варшавой в случае военных действий между Россией и Польшей.

Павловский должен был написать Философову письмо приблизительно такого же содержания, какое было послано Савинкову «в общих чертах». Одновременно агенту давалось задание договориться с Дмитрием Владимировичем о технической стороне поездки к Савинкову 2–3 лиц из Москвы. Планировалось вызвать в Россию Деренталя, где «обработать» его и выпустить обратно к Савинкову.

Вызов мог быть осуществлен двумя путями:

а/ вызов по письму Павловского через Философова с посылкой Александру Аркадьевичу денег «на дорогу», с «приемом» его в Вильно у Фомичева;

б/ командировка кого-либо в Париж с письмом от Павловского и деньгами на проезд до Москвы.

Материалы для поляков должны были быть на этот раз более тщательно подобраны, желательно было выполнить «максимум» задания по докладу о предыдущих командировках.

Таким образом, для укрепления легенды в глазах Савинкова КРО ГПУ шло на чрезвычайно рискованный шаг: в шестую поездку за рубеж крокисты направили вместе с Федоровым Андреем Павловичем агента «Искру» (Шешеню), которого польская разведка весьма высоко ценила.

Сотрудники КРО посчитали, что посылка именно двух агентов необходима, так как при предыдущих командировках агенты в разговорах с поляками каждый раз ссылались, при тех или иных скользких моментах, на председателя Мосбюро Леонида Николаевича Шешеню. В силу этого обстоятельства поляки требовали обязательного приезда председателя Мосбюро.

Несмотря на довольно длительную обработку Леонида Николаевича чекистами, отправка бывшего адъютанта Савинкова за границу была рискованной. Он мог предупредить Бориса Викторовича об игре с ним, и тогда всей, разработке «Синдикат-2» пришел бы конец.

Посылка Федорова была необходима потому, что Шешеня не обладал в достаточной мере общим развитием и ему не была известна во всех деталях легенда всей разработки. Из секретных агентов, посвященных во все ее тонкости, был только Андрей Павлович, которого уже хорошо знали, как польская разведка, так и Варшавский областной комитет. Федоров, проведший четыре командировки из шести, был хорошо известен Варшавскому областному комитету как человек, который вел все переговоры о слиянии «Л.Д.» с «НСЗРиС».

«Обоим агентам были даны следующие задания:

172

1/ Узнать нет ли каких писем от Бориса и чем окончились его попытки изыскания средств.

2/ Выяснить общее состояние «НСЗРиС» в связи с международным положением, /изменение внутреннего положения в Польше, события в Германии и т. п./.

3/ В беседе с Философовым Петров должен намекнуть ему о том, что после пребывания Павловского в Москве у последнего постепенно начинает нарастать некоторое недовольство ЦК НС, на который он начинает смотреть, как на людей нереальных, занимающихся разговорами.