Читаем Синдикат-2. ГПУ против Савинкова полностью

«Таким образом были сняты недочеты с брата Савинкова, Виктора Савинкова, начальника его главной квартиры на фронте, получившего в свое время в личное распоряжение около 50 миллионов и не представившего отчета; сложены многомиллионные начеты с Дикгофа-Деренталя (начальника литературно-агитационного отдела) и с Философова (товарища председателя РПК) и даже с Балаховича, хотя за последним числится столько дел, что и начальник судебного отдела Ивановский сам свидетельствует, что во всякой иной армии Балахович был бы предан военно-полевому суду. Зато с удвоенной энергией преследуются лица, не угодившие Савинкову, главным образом из числа командного состава 3-й армии, хотя по сравнению с «народно-добровольческой» армией она чистая овечка; вообще надо сказать, что у Савинкова, как это было и у Деникина, и у Врангеля, преследуется «мелкая рыбешка», а «киты» выплывают. Все эти факты ни для кого не являются тайнами и, конечно, только способствуют сильнейшей деморализации интернированных и служащих РЭК. Итак, с какой бы стороны мы ни коснулись результатов выступления армий Балаховича и 3-й — видны всюду сплошные преступления. Да ничего другого нельзя было ожидать от выступления армии, в сущности, не связанной никакой общей идеей и даже без веры в свое дело. Выступление этих армий — это одна из поразительных страниц русской эмиграции»[38].

РПК в Польше опирался на так называемую бельведерскую партию в Варшаве, пользующуюся привилегированным положением, так как за ее спиной стоял Пилсудский — личный друг и товарищ Бориса Савинкова, с которым его связывала совместная конспиративная работа в прошлом. Можно утверждать, что, не будь с одной стороны, Пилсудского, а с другой — Савинкова, существование РПК в Польше, по крайней мере в том виде, в каком он существовал, было бы невозможным.

«Доказательством этого служит то, что, несмотря на попытки сорганизовать РПК еще в начале 1920 г., сделать это не удалось, так как сочувствия со стороны польских правительственных учреждений, да и у Пилсудского, идея организации РПК в Польше не встретила. Слишком велико было недоверие к русским, и не мог разбить его даже Мережковский, специально принятый на аудиенции у Пилсудского. Только с приездом в начале мая в Варшаву Савинкова и целого ряда собеседований с Пилсудским последний пошел навстречу организации РЭК, впоследствии РПК, получившей возможность благодаря под держке Пилсудского широко развернуть свою деятельность. Много способствовало этому также и начавшееся наступление на Польшу советских войск, так как предполагалось, что создание русских партизанских отрядов поможет поражению советских войск. Благодаря Пилсудскому и его партии РПК получал и продолжает получать средства от польской казны, несмотря на явное недовольство этим как сеймовых, так и правительственных кругов. Последнее совершенно естественно, если принять во внимание скудность польской казны и чрезвычайную затрудненность ее финансов, и что для отпуска средств РПК приходится урезывать и без того малые бюджеты своих учреждений; а так как за все время своего недолгого существования (12 месяцев) РПК получил 350 миллионов, то расход этот ложится на польскую казну значительным бременем. Правда, надо сказать, что официально эта так называемая «ссуда» относилась на специальный счет «расчета» по долгам с правительством будущей России, но кто же, конечно, серьезно может полагать, что правительство России, какое бы оно ни было, будет рассчитываться по долгам, сделанным той или иной в конце концов авантюристической организацией. Прекрасно сознают это и польские правительственные круги и так как не рассчитывают, что «красный генерал», то есть Савинков, на «белом коне» въедет в Москву, то считают все суммы, выданные РПК, безнадежно потерянными. В душе все они ненавидят РПК и Савинкова и возмущаются политикой Пилсудского, но молчат, так как Пилсудский еще силен и имеет большое влияние на военные круги и силы этой еще не утратил, поэтому с ним не спорят и молчат, — что в данном случае руководит Пилсудским — приязнь ли только к Савинкову или же иные соображения — решить трудно. Можно только утверждать, как уже отмечено выше, что, не состоя во главе РПК Савинков или не находясь во главе польского государства Пилсудский, РПК никогда такой бы поддержки не имел»[39].

Подобное положение вещей привело к тому, что Савинков занял в РПК доминирующее положение, и роль его в РПК была исключительная. Савинков стал «монархом» среди русских эмигрантов, сгруппировавшихся вокруг РПК.

В это время Савинков разъезжает по столицам европейских стран в поисках денег и готовится к съезду «Народного союза защиты родины и свободы». Он решил воссоздать свой разгромленный в 1918 г. «Союз защиты родины и свободы»[40], добавив к нему слово «народный».