Читаем Синдикат-2. ГПУ против Савинкова полностью

К 12 часам, как договаривались, Федоров с Фомичевым отправились к Философову, который с нетерпением их ожидал. Первым вопросом его был: почему не приехал Павловский, что «отец» теряет всякое терпение, что он буквально засыпал его письмами с запросами о Сергее Эдуардовиче и о Москве. Ответом Дмитрию Владимировичу явилась та же легенда о ранении Павловского, о неудаче экса и невозможности вследствие этого его приезда, минимум месяца два.

В остальном в Москве все обстоит хорошо. Федоров с Фомичевым командированы к Савинкову. Философов был расстроен ранением Сергея Эдуардовича, неудачей экса и невозможностью свидания «отца» с Павловским. Далее Федоров подробно рассказал Философову о положении дел в Москве, о цели приезда. Фомичев все это подтверждал как очевидец, рассказал о своей поездке на Юго-Восток для выяснения истории с Сергеем Эдуардовичем, рассказал о своих свиданиях с ним и с членами ЦК.

Философов спросил, какую он может оказать пользу в этой поездке. Андрей Павлович ему сказал, что имеется, как и в прошлый раз, письмо к французскому консулу от поручика Донзо и ему только нужно как владеющим французским языком поехать с нами в консульство. Мы сговорились сделать это на следующий день.

Дмитрий Владимирович сообщил, что ему удалось с большим трудом устроить Борису Савинкову разрешение у поляков на въезд его в пределы Польши на недельный срок. Это разрешение удалось получить путем долгой беседы как с эндеками (правыми), так и с ППС (левыми); поэтому же поводу пришлось беседовать с Бауэром, начальником 2-го отдела Генерального штаба, который предлагал ехать Савинкову по чужим документам, которые будут ему даны при посредстве 2-го отдела, и с Министерством иностранных дел, которое настаивало на приезде Савинкова официально. Министерство иностранных дел хотело видеть Савинкова для выяснения с ним русского вопроса в Польше.

Мнение же самого Философова было таково: или Савинкову ехать инкогнито, ни с кем из поляков не встречаться и ехать дальше в Советскую Россию, или же ехать официально, видеться со всеми, с кем хочет, но в Россию не ехать. Федоров согласился с мнением Философова. В тот же день была дана телеграмма Савинкову о приезде Андрея Павловича и Ивана Терентьевича, для того чтобы он успокоился.

На другой день с утра Федоров с Философовым отправились во Французское консульство за получением виз. По пути встретили почтальона, который вручил ему письмо. Письмо было от Савинкова — опять с запросом относительно Павловского. Тут же, в письме, была записка и Сергею Эдуардовичу следующего содержания: «Бросай к черту всю свою торговлю, если не можешь приехать иначе, и приезжай немедленно; в противном случае я вынужден буду действовать самостоятельно. Твой отец». Философов решил, что теперь, по получении телеграммы, отец уже успокоится и будет ждать Федорова.

Явившись в консульство, Философов вошел к консулу с письмом от поручика Донзо и с нашими паспортами, ровно через 10 минут паспорта с визами были получены. Закончив с получением транзитных виз, на другой день Федоров с Фомичевым выехал в Париж. Ни с Арцыбашевым, ни с Португаловым по пути в Париж не встречались, конспирируя свою поездку к Савинкову.

24 июля прибыли в Париж. Устроившись в гостинице Федоров немедленно позвонил Савинкову, его дома не оказалось. Решив, что он пошел обедать, Федоров с Фомичевым отправились в известный ресторан, где обычно обедал Савинков, надеясь его там застать. Действительно, Савинков с Любовью Ефимовной Деренталь обедали там. Для Савинкова эта встреча в ресторане была неожиданной.

Оба очень обрадовались, увидя Федорова и Фомичева. Первым вопросом Савинкова был: почему нет Павловского и каково положение в Москве? Федоров ответил ему, что все обстоит благополучно. Павловский не приехал потому, что легко ранен при выполнении экса и в данное время находится в безопасности в Москве, но пролежит, по всей вероятности, месяца полтора-два. Легенда о ранении Сергея Эдуардовича его успокоила.

Александра Аркадьевича Дикгоф-Деренталя в Париже не было. Где он был, выяснить не удалось. Мы решили с Савинковым о делах поговорить на другой день, сегодня же просто посидеть за бутылкой вина. В тот же день вечером в кафе Федоров встретился и с Рейли. В кафе речь опять зашла о Павловском, о московской организации и т. д. Пришлось подробно рассказать Савинкову о положении дел в Москве, о ранении Сергея Эдуардовича, о наших планах, о цели приезда. Сговорились встретиться на другой день на квартире у Савинкова.