Читаем Симплициссимус полностью

Симплиций не может в злом мире ужиться,

А мир сердито на него косится.

26‑я гл.

Симплиций взирает ребяческим оком,

Каким солдаты подпали порокам.

27‑я гл.

Симплиций зрит, как крапивное семя

Добро наживает в недоброе время.

28‑я гл.

Симплиций в гаданье теряет кураж,

Его надувает проказливый паж.

29‑я гл.

Симплиций, соблазном смущен, ненароком

Проворно съедает телячье око.

30‑я гл.

Симплиций впервой зрит пьяных солдат,

Вздурились за чаркой, сам черт им не брат.

31‑я гл.

Симплициус ставит на пробу кунштюк,

Едва тут ему не случился каюк.

32‑я гл.

Симплициус зрит: на пиру кавалеры

Священника потчуют сверх всякой меры.

33‑я гл.

Симплиций относит на кухню лисицу

С приказом сготовить на ужин с корицей.

34‑я гл.

Симплиций на странных танцоров дивится,

От страху в глазах у него все двоится.

Симплиций толкует о знатном роде,

Понеже давно он славен в народе.

В наше время (когда толкуют, что близится конец света) нашло на людей подлого звания поветрие, при коем страждущие от него, коль скоро им удастся награбастать и набарышничать толико, что они, помимо немногих геллеров в мошне, обзаведутся еще шутовским платьем по новой моде с шелковыми лентами на тысячу ладов или же иным каким случаем прославятся и войдут в честь, тотчас же восхотят они объявить себя господами рыцарского сословия и людьми благородного состояния предревнего роду; а как частенько оказывается и прилежными поисками подтверждение находит, деды-то их были трубочисты, поденщики, ломовики и носильщики, двоюродные их братья погонщики ослов, фокусники, фигляры и канатные плясуны, братья — палачи и сыщики, сестры — швеи, прачки, метельщицы, а то и потаскушки, матери — сводницы или даже ведьмы и, одним словом, весь совокупный род их в тридцать два предка столь загажен и обесчещен, сколь это повсегда лишь цеху сахароваров^{4} в Праге быть возможно; да и сами они, новоиспеченные эти дворяне, нередко столь черны, как если бы они родились в Гвинее и воспитаны там были.