Читаем Симфонии полностью

1. На всю Россию кричал тогда циничный мистик из города Санкт-Петербурга, а товарищи озаряли крикуна бенгальскими огнями.

2. Даже марксисты ударились в философию, а философы в теологию.

3. Но никто из них не знал о значении таинственного миганья, которое росло и росло в России.

4. Это миганье отразилось на знакомых Поповского, у которых происходили майские, жаровые собрания.

5. Каждый из них перелистывал Евангелие, читал мистика и знал наизусть Достоевского.

6. Иные доходили до того, что обращались с покойным писателем запанибрата.

7. Иной раз можно было видеть чудака, похлопывающего по Братьям Карамазовым, разражающегося такими словами: «Федор Михайлович загадал нам загадку, и мы теперь ее разгадываем».

8. Такие всё были шутники, право, что и не приведи Бог с ними встретиться.

1. Весна была небывалая и странная. Потом уже, когда лето миновало, вспоминали весну все без исключения: либералы, консерваторы, мистики и реалисты.

2. В тот год был небывалый наплыв богомольцев в Киеве. В мае месяце горели уфимские леса.

3. Передавали поморы, что неоднократно подплывал кит к самому берегу на Мурмане и подмигивал своими рыбьими, крохотными глазками.

4. Однажды спросил любопытный кит глухого старика помора: «Эй, любезный, как здоровье Рюрика?»

5. И на недоумение глухого старика добавил: «Лет с тысячу тому назад я подплывал к этому берегу; у вас царствовал Рюрик в ту пору».

1. Ночью особенно явственно раздавался звук рога над спящей Москвой.

2. Тогда же чины сыскной полиции поймали ловкого протыкателя старух.

3. Он задорно щелкал пальцами перед чинами сыскной полиции и ораторствовал: «Нас много на Руси».

4. И тут как бы в подтверждение безумных слов выяснилось, что подвальные помещения дома Расторгуевых на Солянке начали заливаться нечистотами.

5. Уже на месте происшествия стоял городской инженер; размахивая руками, он пояснял присутствующим, что засорились трубы.

6. На другой день в газетах появилась заметка: «Канализационное безобразие».[65]

1. Шестьсот старушек были в волнении. В палатах и коридорах раздавалось недовольное старческое бормотанье.

2. Одну из старушек подвергли поранению недобрые люди, всадившие ей в спину сапожное шило.

3. Старушка сидела забинтованная и заваривала себе ромашку.

4. Толковали о последних временах; видели в появлении протыкателя как бы знамение Антихриста.

5. А уже в старушечье отделение входил старичок: богадельня была общая и для старичков, и для старушек, и шестьсот старичков постановили одному из своих прочесть соболезнование пораненной товарке.

6. Вот он стоял с адресом в руках и пытался читать: никто ничего не понял; слышалось беззубое бормотанье.

1. Отец протоиерей сидел за самоваром в коричневой рясе; он обтирал пот, выступивший на воспаленном лбу, беседуя с гостем.

2. Его гость был ученый филолог; он был приват-доцент Московского университета.

3. Он был сух и поджар; непрестанно обтирал руки платком, осыпал отца протоиерея цитатами из евангелиста Иоанна.

4. Он смаковал каждый текст, раскрывая его священное значение.

5. И на его фонтан красноречия терпеливо отмалчивался отец протоиерей, откусывая сахар и чмокая губами.

6. Наконец он допил стакан, опрокинул его в знак окончания пития своего и сказал собеседнику: «Ай да ловкач! Хо, хо! Ай да ловкач!»

7. Обратил мясисто-багровое лицо свое к ученому, развел руками и, похлопывая себя по животу, присовокупил назидательно: «Старайся, брат доцент!»

1. Знакомый Поповского собирал у себя литературные вечеринки, где бывал весь умственный цветник подмигивающих.

2. Сюда приходили только те, кто мог сказать что-нибудь новое и оригинальное.

3. Теперь была мода на мистицизм, и вот тут стало появляться православное духовенство.

4. Хотя устроитель литературных вечеринок предпочитал сектантов, находя их более интересными.

5. Все собирающиеся в этом доме, помимо Канта, Платона и Шопенгауэра, прочитали Соловьева, заигрывали с Ницше и придавали великое значение индусской философии.

6. Все они окончили по крайней мере на двух факультетах и уж ничему на свете не удивлялись.

7. Удивление считали они самой постыдной слабостью, и чем невероятнее было сообщение, тем более доверия ему оказывалось этим обществом.

8. Все это были люди высшей «многострунной» культуры.

1. Вот туда-то шел Поповский ясным, весенним вечером.

2. Он проходил под забором; над забором спускались гроздья белой сирени, помахивая маленькому Поповскому, но Поповский ничего не видел, а улыбался шутливому стечению мыслей.

1. Когда Поповский скрылся в соседнем переулке, проходил тут Дрожжиковский.

2. Увидал белые гроздья ароматной сирени и нежно-голубую лазурь.

3. Увидал и звездочку, мерцавшую из-под белой ветки сирени, увидал и облачко, подернутое пурпуровым таинством.

4. Все это видел Дрожжиковский, спеша на Остоженку.

1. Довольный хозяин потирал свои белые руки, осведомляясь, все ли исправно и нет ли обстоятельств, препятствующих полноте литературного удовольствия.

2. Дело в том, что сегодня обещал сделать сообщение сам Дрожжиковский; это был модный, восходящий талант.