Журналистка и телеведущая Джоанна Розенбо красива, известна и богата. Но личная жизнь Джоанны не приносит ей счастья: неудачный брак, страсть к молодому любовнику, продолжительная связь с мужчиной, который намного старше ее… Стремление удержать возлюбленного заставляет Джоанну лечь под нож пластического хирурга. Но эфемерная иллюзия новой молодости приводит ее к неразрешимым проблемам с сыном и становится причиной трагедии.
Современная русская и зарубежная проза18+Микаэла Джойя
События и герои, описанные в этой книге, являются плодом моего писательского воображения. Любое сходство с реально существующими людьми или с действительно происшедшими событиями прошу считать случайностью.
Благодарности: Благодарю Стефана. Он, говоря словами Стивена Кинга, стал лучшим из читателей, которого я могла бы пожелать.
Силиконовая любовь
(
Консолате
Писать книгу равносильно самоубийству.
Отец умер от инфаркта.
Инфаркт.
Об этом всегда говорила мать.
Об этом всегда говорила бабушка. Рассказывая о своем единственном сыне, который ушел так рано, оставив совсем маленького ребенка, она не могла сдержать слезы.
Но вырезка из старой пожелтевшей газеты, напоминавшая обрывок древнего папируса, открывала иную правду.
«Франсуа д’Орлеак, потомок одного из древнейших и благороднейших родов Парижа, был найден мертвым на скамейке в Булонском лесу. Есть все основания полагать, что причиной смерти стала передозировка наркотиков, предположительно героина. У покойного остались жена Джоанна, дочь известного американского банкира Этана Розенбо, и пятилетний сын Николя».
Булонский лес.
Передозировка наркотиков.
Жестокие слова с затертого клочка бумаги медленно и неумолимо вгрызались в мозг. Ему все лгали. Подсознательно он это чувствовал, всегда…
Самолет начал снижаться. Николя рассматривал в иллюминатор город, напоминавший лоскутное одеяло, сотканное из прямоугольников домов, параллельных линий Елисейских Полей, остроконечного силуэта Эйфелевой башни… Рядом на сиденье лежал букет белых роз, любимых цветов его матери.
Самолет рейса Лондон — Париж приземлился точно по расписанию.
Когда Николя вышел из зоны таможенного контроля, его встретил шофер Президента. Взяв чемодан, он вежливо спросил:
— Надеюсь, полет был приятным?
Николя оглянулся в надежде увидеть мать. Водитель добавил:
— Синьора просила извиниться, запись передачи перенесли, и сейчас она на съемках, но к ужину вернется домой.
Николя так надеялся, что мать будет здесь, что она приедет его встречать… Хотя давно пора было бы привыкнуть к тому, что у нее всегда находятся серьезные причины, из-за которых в последнюю минуту меняются заранее намеченные планы. В сердцах он выбросил букет.
Водитель открыл дверцу автомобиля. Николя устало опустился на заднее сиденье. Приятный запах кожи, хорошего одеколона и табака успокоил молодого человека.
Рассеянным взглядом Николя скользнул по журналам, лежавшим рядом: на обложке «Express» была она, обворожительная и неотразимая, эталон естественной красоты, не без участия стилистов, косметологов и парикмахеров.
Николя улыбнулся:
Заинтригованный, он начал читать статью, испытывая странное чувство досады из-за того, что во время вчерашнего разговора по телефону мать не рассказала ни о премии, ни об интервью. Диалог между ними никогда не получался. Она — слишком занята, он — слишком замкнут. Чтобы хоть как-то компенсировать недостаток общения, он ни разу не пропустил ее ток-шоу.
В Американском колледже Лондона, где он учился, все, начиная с седовласых профессоров и заканчивая желторотыми однокашниками, восхищались ее профессионализмом и талантом. Но Николя понимал, что за этими комплиментами скрывается не что иное, как откровенное любование ее женской красотой, не увядающей вопреки годам.
— Слушай, — сказал как-то его сосед по комнате, когда они вместе смотрели передачу с участием матери, — я бы ни за что не сказал, что это твоя мать. Выглядит как старшая сестра, просто обалденная телка!