Читаем Сильфий - трава ангела полностью

Однако Теофраст был уверен, что сок сильфия – камедь, и его надо собирать по-другому – надрезая стебли и корни. И потому стебли сильфия, по его словам, предпочитали готовить – "стебель, который едят во всех видах, вареным и печеным", а корни почему-то непременно требовалось есть свежими.

Похоже, что рассказ очевидцев был только о том, как большое количество нарезанных корней заливали уксусом для получения сока, а "едят свежим" – это всего лишь предположение и, возможно, даже не рассказчиков, а самого Теофраста.

Смесь, состоявшая из млечного сока корней сильфия, уксуса и воды и была тем самым "соком из корня", который по мнению Теофраста – "чистый, прозрачный и более густой".

Вот теперь-то и можно попробовать разобраться – почему сок сильфия все же стал камедью?

Весь сок фальсифицируется или как сок сильфия стал камедью

δολοῦται δὲ πᾶς ὀπὸς πρὸ τοῦ ξηρανθῆναι, σαγαπηνοῦ μιγνυμένου ἢ ἀλεύρου ἐρεγμίνου, ὅπερ διακρινεῖς τῇ γεύσει καὶ τῇ ὀσμῇ καὶ τῇ ὄψει καὶ τῇ διέσει·

Однако весь сок до высыхания фальсифицируется добавлением сагапена или бобовой муки, которые портят вкус, запах, внешний вид и растворение, тем и обнаруживаются.

Диоскорид, О лекарственных веществах III.94.

id quoque adulteratum cummi aut sacopenio aut faba fracta

он весь фальсифицируется гуммиарабиком или сакопеном или дроблеными бобами

Плиний Старший, Естественная история XIX.XV.40.

Описание сока сильфия у Плиния Старшего и Диоскорида почти одинаковое и очевидно получено из одного и того же источника – сочинения о лекарственных травах Диокла Каристского (Berendes, 1905). Описание Диоскорида немного полнее, поскольку дополнительно отмечено отсутствие у сильфия луково-чесночного привкуса, характерного для камедесмол различных ферул:

Основное доказательство подлинности в умеренно красном цвете, на изломе белом и просвечивающем; каждая капля слюны быстро растворяется (Pliny XIX.XVI.46).

Лучший тут красноватый и полупрозрачный, похожий на мирру, с сильным запахом, не похожим на лук-порей, и к тому же без грубого вкуса, легко растворяется, внутри белого цвета (Dioscorides III.94).

К этим описаниям можно добавить, что сильфий был довольно плотен и не крошился, о чём сообщил Гиппократ, предлагавший его скоблить, а не толочь:

... возьми сильфион, возможно свежий и плотный, наскобли его мелко... (Гиппократ. О фистулах, 9).

То есть сильфий совершенно не был похож на асафетиду, которая встречается двух видах. В первом случае это слёзы, представляющие собой неровные, рыхлые или липкие бледно-коричневые зерна, твердые на холоде и мягкие в тепле. Во втором – комки неправильной формы темного цвета с вкраплением зерен первой разновидности. Также там содержатся остатки растений, песок и камешки (комм. Berendes к Dioscorides III.94). А мягкая и липкая асафетида, потому что камеди в ней (12-35 %) намного меньше, чем смолы (50-70 %) (Флора СССР, 1951).

Камеди в соке сильфия, особенно в соке из стебля, тоже было маловато. На воздухе сок не застывал, а высыхал, сильно теряя в объёме и массе, что нашло своё отражение в описании:

"стеблевка" водянистее. Поэтому в нее, чтобы она свернулась, подсыпают пшеничной муки (Теофраст IX.1.7).

Насколько сок сильфия мог быть водянист, можно оценить по имеющимся сведениям о современных дудниках.

Angelica keiskei выращивается в Японии как овощное растение. Сбор листьев на рассвете зачастую ведет к появлению нового ростка, который становится виден уже на следующее утро, откуда и название растения – ашитаба, в переводе "лист завтрашнего дня".

Поскольку срезаются нежные молодые побеги, то на срезе должна выделиться примерно такая же капля сока, как при сборе сока сильфия. Млечный сок у ашитабы ярко-желтого цвета и на фотографии ниже хорошо видно, как мало его остаётся после высыхания (рис. 63).

Перейти на страницу:

Похожие книги

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Занимательная зоология. Очерки и рассказы о животных
Занимательная зоология. Очерки и рассказы о животных

В данной книге школьник и юный натуралист найдут материал для внеклассного чтения, а также дополнительный и справочный материал к учебнику зоологии.Отдельные очерки не связаны между собой, поэтому не обязательно читать всю книгу подряд.Книга знакомит читателя с разнообразием животного мира СССР и зарубежных стран. Попутно приводятся сведения о значении животных в природе, хозяйственной деятельности человека.Часть материала изложена в форме вопросов и ответов. Раздел «Рассказы о насекомых» написан кандидатом биологических наук Ю. М. Залесским.В третьем издании текст местами изменён и дополнен; внесены необходимые исправления, добавлено несколько новых рисунков. Глава «Зоология в вопросах и ответах» дополнена новыми вопросами; порядок их распределения изменён в соответствии с зоологической системой.Я. Цингер

Яков Александрович Цингер

Детская образовательная литература / Биология, биофизика, биохимия / Экология / Биология / Книги Для Детей