В целом же создалось впечатление, что семена сильфия на монетах всегда представлены в натуральную или близкую к ней величину(рис. 55).

Рис. 55. Сравнение в одном масштабе размеров семян сильфия на драхме Кирены с размерами полуплодиков дягиля лекарственного[51].

Подводя итоги морфологического сравнения, можно сделать заключительный вывод. Сильфий очевидно был видом дягиля (Archangelica sp.), не слишком отличавшимся от прочих представителей этого рода.

Так называемый сок сильфия – это камедь?

То что называют соком сильфия – это камедь.

Наверное самый главный вопрос – что все же представлял из себя сок сильфия? Именно представление о соке, как о камеди определяет все попытки соотнести сильфий с каким-либо современным таксоном. Отсюда проблемы с определением сильфия, как растения.

Собственно говоря, такой вопрос у Теофраста вообще не возникал. Он совершенно точно знал, что это камедь (δᾴκρυον). Ведь у него несомненно был образец такого застывшего сока. И полный набор киренских специй из сильфия – сухая зелень, корни и семена – у него должен был быть тоже. Так что при сравнении, этот сок на вкус ничем не отличался от сухих корней или же зелени, что Теофраст и отметил:

И "так называемый" по той же причине. Общепринятое название того, что получали из сильфия – "сок" – вот специалист и выразил свое мнение. Дескать, это не сок, а самая настоящая камедь.

А всё потому, что слово ὀπός, предполагающее обозначение всякого сока, Теофраст применяет только для млечного сока. Для обозначения камедей и смол, вытекающих каплями и застывающих на воздухе, он использует слово δᾴκρυον – "слеза". Определение тому, что считается камедью, дается им в перечислении деревьев эту камедь выделяющих: миндаль, черешня, тернослив, египетская акация, с добавлением к ним теребинта и живицы хвойных. Особо отмечается, что при наличии некоторой "маслянистости" эти камедесмолы ароматны, а гумми и камедь миндального дерева не имеют ни маслянистости, ни аромата.

За последние полтысячи лет ни у кого не возник простой вопрос. Был ли киренский сок действительно просто застывшим соком сильфия или неким искусственным образованием, камедь в котором была камедью совершенно другого растения?

Ответ находится в осмыслении самого странного фрагмента текста Теофраста – про добавление к соку муки:

Судя по невнятности описания, Теофраст и сам не слишком понял, зачем все это было нужно. Тем не менее он добросовестно приводит полученные от своих консультантов по сильфию сведения. Про то, что после добавления муки, емкость с соком надо долго трясти, от чего должен получиться некий "цвет" и сок после этого не будет портиться (Теофраст VI.3.2). Вот что значит правильное отношение к фиксации первичной научной информации.

И действительно, совершенно неясно – как может предотвратить порчу сока добавление муки? Зачем смешанный с мукой сок долго трясти? И что это за таинственный "цвет", который в результате должен получиться?

Начать придется с выяснения способов сбора сока сильфия.

Сок из стебля...

Сезон, когда сильфий следует надрезать, знают ливийцы. Именно они занимаются сбором сильфия.

Судя по тексту Теофраста, его консультанты, на запрос о способах и сроках сбора сока сильфия, информацию предоставить не смогли. Поэтому он дает описание опираясь на собственные представления об этом процессе: