Читаем Сила воли полностью

Пэт двигалась совершенно отрешенно, не прилагая ни малейших усилий, — она просто подчинялась Хэму, который тащил ее за руку. Между тем самому Хэму каждый новый шаг давался все труднее. А там — прямо перед ними — двигались тени, слышались вопли, гиканье, и дьяволы жаждали их крови. Он повернул голову так, чтобы правый фонарь осветил пространство впереди. Триопты отпрянули в тень гряды и стали завывать из своих укрытий. Однако идти так было очень неудобно, Хэм поминутно спотыкался и падал.

Из последних сил Хэм тянул за собой Пэт, пока та окончательно не опустилась на лед, даже не делая попытки подняться.

— Все это ни к чему, — бормотала она, когда Хэм поднял ее и поставил на ноги.

В мозгу у Хэма забрезжила идея: он взял Пэт на руки таким образом, чтобы правый фонарь на ее шлеме светил вперед. И вот так, пошатываясь от усталости, он все-таки добрался до освещенного пространства вокруг ракеты, открыл входной люк и, словно мешок, опустил жену на пол салона.

Прежде чем закрыть люк, Хэм успел заметить, как триопты с воем и улюлюканьем, едва касаясь льда, метнулись к гряде, где равнодушно дожидались своей участи Оскар и его племя.

Ракета летела на безопасной высоте. Орбитальные измерения показывали, что даже высочайшие пики Гор Вечности не достигают высоты сорока миль. Отсюда, с высоты двухсот тысяч футов, уже был заметен изгиб линии горизонта. Корабль как раз входил в Зону Сумерек — облака впереди наливались жемчугом, а матовая чернота отступала все дальше.

— Черт возьми! Держать удачу за хвост, вырваться из лап смерти и все-таки остаться с носом! — сказал Хэм, глядя на облака внизу.

— Все дело в спорах этих растений, — сказала Пэт, не обращая внимания на его слова. — Мы и раньше догадывались, что они содержат наркотик, но кто бы мог предположить такое его коварство — убивать волю и одновременно лишать сил. Народ Оскара — это народ созерцателей, разум, единый во многих лицах. Но мне… мне их бесконечно жаль. Такой колоссальный, могучий и вместе с тем бесполезный интеллект.

Она помолчала несколько минут.

— Хэм, а когда до тебя дошло, что с нами происходит? Что привело тебя в чувство?

— О, это было замечание Оскара — что-то насчет того, что они интересны для триоптов лишь с гастрономической точки зрения.

— Ну?

— Вот тебе и ну! Ты хоть заметила, что у нас кончились продукты? Его замечание напомнило мне, что я не ел уже целых два дня!