Читаем Сидней Рейли полностью

Прибыв в Нью-Йорк 10 июля^{315}, Рейли вернулся в свою контору на Бродвей, 120. Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что главная проблема, стоявшая перед американскими компаниями, состояла не столько в заключении контрактов на вооружение как таковых, сколько в приемке произведенной ими продукции в России. Русские инспекторы, в чьи обязанности, среди прочего, входила проверка соответствия снарядов русским стандартам, были особенно щепетильны в вопросе выдачи свидетельств о прохождении технического контроля. В течение первых шести месяцев войны ценою колоссальных потерь на фронте было обнаружено, что некоторые виды снарядов не подходят к русским орудиям и, соответственно, ими невозможно стрелять. Это привело к ужесточению системы контроля качества. Отныне технической инспекции стали подвергаться все виды оружия, включая винтовки, которые были специально переделаны под калибр русских патронов.

Это обстоятельство было как нельзя более на руку Рейли, имевшему хорошие связи среди чиновников, выдававших акты о технической приемке партий оружия и представлявших их на утверждение в правительство. Так, 19 апреля 1915 года Рейли заключил сделку, по которой обязывался «способствовать выполнению условий означенного контракта, в частности в деле достижения соглашения с русским правительством касательно гарантий… выполнения контракта»^{316}. Другими словами, «Ремингтон юнион» должен был заплатить Рейли круглую сумму, чтобы их винтовки успешно прошли русский технический контроль и были закуплены русским правительством. Тремя годами позже Сэмюэль Прайор, подписывавший с Рейли контракт от имени компании «Ремингтон юнион», исключительно точно квалифицировал эту сделку как самое настоящее «вымогательство»^{317} со стороны Рейли, угрожавшего, что если он не получит свои комиссионные, то он использует все свое влияние, чтобы воспрепятствовать поставке винтовок этой компании в Россию.

В конце 1915 года русское правительство командировало в Нью-Йорк комиссию по закупкам вооружений, возглавляемую генералом А. В. Сапожниковым, старым знакомым Рейли по Петербургу. Несмотря на то что этот шаг имел вполне конкретную цель — навести порядок в закупках вооружения в США, ее приезд в Америку вызвал громкий скандал буквально в первый же день. Хотя Рейли, как всегда, во всем искал выгоду для себя, в своем письме генералу Эдуарду Гермониусу, написанном им 21 декабря 1915 года, он оказался абсолютно прав, обращая внимание генерала на дезорганизацию и излишний оптимизм в деле закупок вооружения в Америке. В своем докладе Гермониусу Рейли подчеркивал, что:

«В течение последних восьми месяцев Главное артиллерийское управление в Петрограде и Русская артиллерийская комиссия в Америке ведут переговоры с десятками заводов и бесчисленным количеством всяких поставщиков, банков, «групп» и просто «представителей» о заказе 1000000 до 2000000 винтовок и соответственного количества патронов.

Предложения во много раз превышают спрос, и если бы подсчитать, то России за эти восемь месяцев предложено винтовок и патронов в таких количествах, что выразить их можно только астрономическими числами.

Нет, понятно, ничего удивительного, что поступает такое количество предложений: пример Аллисона, получившего контракт на снаряды на сумму 86000000 долларов, еще свеж в памяти всех; непонятно только, что все эти предложения подробно рассматриваются, ведутся обстоятельные переговоры, затрачивается масса времени и денег на переписку и телеграммы, инспекторам даются приказания осмотреть заводы, юрисконсультам поручается составление контрактов, во многих случаях подписываются условные, предварительные и даже окончательные договоры (которые впоследствии уничтожаются), а заказы на винтовки и патроны все ж таки остаются неразмещенными.