Читаем Сидней Рейли полностью

Проведя несколько недель на юге Франции, Рейли изо всех сил стремится во что бы то ни стало вернуться в Нью-Йорк для завершения своей судебной тяжбы с компанией «Болдуин»:

«Окончательно решил покинуть этот мнимый рай и вернуться к суровой действительности. Нечем больше жить. Оставаться дольше здесь — это быть тем лежащим камнем, под который вода не течет. Написал ряду приятелей, которые в совокупности должны мне около 200 фунтов… В Лондоне мое положение с кредиторами такое, что не могу там появиться и что со дня на день могу быть объявлен несостоятельным должником. Хотя для окончания моего процесса мое личное присутствие в Нью-Йорке необходимо, я не вижу ни малейшей возможности туда поехать. Для этого и для обратного приезда нужно по меньшей мере 500 фунтов. Сейчас с таким же успехом могу мечтать о рудниках на Луне»^{658}.

Жалобы на безденежье, «рудники на Луне» и тому подобное — все это, разумеется, далеко не соответствовало действительности. Рейли потребовался всего один месяц, чтобы привести в полный порядок свои дела в Лондоне, после чего они с Пепитой заказали билет на пароход «Нью Амстердам» и 7 мая отплыли в Нью-Йорк^{659}.

Пока Рейли консультировался со своими адвокатами в Нью-Йорке, ОГПУ готовилось к последнему и завершающему этапу операции по заманиванию Савинкова на территорию СССР. Внедрившиеся в близкое окружение Савинкова агенты ОГПУ использовали все свое умение и аргументацию, чтобы убедить Савинкова вернуться в Россию. После нескольких недель душевных мучений он наконец дал свое согласие — несмотря на предупреждения Рейли, который тем не менее отправился через Атлантику, чтобы попрощаться со своим другом.

10 августа 1924 года Савинков выехал из Парижа в Берлин, где его встретили агенты ОГПУ Александр Якушев^{660} и Эдуард Опперпут. Они снабдили его русским паспортом на имя В. И. Степанова и 15 августа организовали переход белорусской границы. На следующий день, 16 августа, под Минском, всего лишь в двадцати пяти километрах от границы, во время завтрака в сторожке лесника, он был арестован сотрудником ОГПУ Романом Пиляром.

Когда 29 августа «Известия» напечатали об аресте и суде над Савинковым, Рейли поначалу отказался этому верить. 3 сентября «Таймс» поместила репортаж об этом процессе, и Рейли немедленно написал письмо в газету «Морнинг пост» (с копией Уинстону Черчиллю), утверждая, что сообщение об аресте и суде над Савинковым — большевистская пропаганда и что, по всей вероятности, Савинков был убит при переходе границы^{661}. Его письмо было полностью опубликовано 8 сентября, однако через несколько дней «Таймс» напечатала информацию, не оставлявшую сомнений в подлинности произошедших событий. Когда Рейли осознал, что арест Савинкова не выдумка, он написал еще одно гневное письмо редактору «Морнинг пост», которое было опубликовано 15 сентября.

«Сэр!

Беру на себя смелость еще раз испытать Ваше терпение. Я пишу сейчас это послание по двум причинам. Во-первых, чтобы выразить свою глубокую признательность за публикацию моего письма в защиту Бориса Савинкова (см. газету от 8 сентября), хотя все факты, которыми Вы располагали, говорили о том, что я скорее всего ошибаюсь. Во-вторых, чтобы с болью признать, что моя слепая вера в Савинкова сыграла со мной злую шутку.