Читаем Швейцар полностью

Не успев пробыть в городе несколько дней, она бросилась в Гудзон с Бруклинского моста. Воды реки вынесли ее к выходу из порта, где ее выловил корабль, совершающий круиз с кучей туристов на борту; те водрузили ей на голову корону под аккомпанемент похвал, аплодисментов и фотовспышек, — полагая, что перед ними победительница «заплыва вокруг Манхэттена»: немало людей раз в год предпринимает попытку проплыть вокруг острова. Спустя несколько месяцев Мэри Авилес сиганула с небоскреба, свалилась на крышу палатки, торгующей гамбургерами, и раздавила в лепешку бедную продавщицу, а сама осталась невредимой. Однако ей пришлось предстать перед судом, а затем искать работу, чтобы выплатить штраф, к которому ее приговорили. Она знала, что если загремит в тюрьму, покончить с собой станет не в пример сложнее. Вот так и получилось, что, постоянно ища возможности погибнуть, Мэри Авилес поступила на работу в зоопарк в Бронксе. Впрочем, сеньора или сеньорита Мэри Авилес не смирилась с тем, что продолжает жить и не оставляла надежды. Убедившись, что преднамеренно лишить себя жизни невозможно, она доверила свое уничтожение случаю; впрочем, случаю, который она по мере сил старалась подтолкнуть в нужном направлении, то есть к своей смерти. Например, в зоопарке в ее обязанность входило кормить самых свирепых или опасных зверей. Иногда она просила Хуана отвезти ее к самым высоким обрывам в Нью-Джерси, и якобы для того чтобы молодой человек ее сфотографировал, отступала к самому краю. Правда, она не бросалась вниз, но все указывает на то, что если бы Хуан не подбежал к ней, Мэри точно опрокинулась бы в пустоту. На станции метро под самым невинным предлогом (уронила кошелек или сигару) она спускалась на рельсы в надежде на то, что кабель высокого напряжения замкнется и ее убьет током. Она много раз оказывалась виновницей драматических дорожно-транспортных происшествий, пытаясь перейти улицу на красный свет, и, хотя сама выходила целой и невредимой, всегда были серьезно пострадавшие. Случалось, она отправлялась в трущобы или районы с дурной репутацией, уповая на то, что ее по крайней мере зарежут. Говорили даже, что когда с самолетами испанской компании «Иберия» произошла серия катастроф, Мэри Авилес начала пользоваться услугами именно этой авиакомпании. Во всех углах, closets[9] и ящиках квартиры она рассыпала таблетки цианистого калия и прочих смертельных веществ в надежде спутать их с аспирином или каким-нибудь другим лекарством. На столе и на стульях, куда ни кинь, валялись остро наточенные ножи, а на кровати и даже в ванной лежал постоянно заряженный и снятый с предохранителя пистолет. В холодильнике хранились пузырьки с купоросом, крысиным ядом и инсектицидами. Мало того, Мэри Авилес украла из зоопарка в Бронксе гремучую змею, которая теперь ползала со своим жутким щелканьем по всей квартире.

Решение вверить свою смерть воле случая в некоем роде сообщнику окончательно созрело после провала последней — шестой по счету — попытки самоубийства. С досады на собственную бездарность в искусстве лишения себя жизни — и это несмотря на непрерывную практику, — Мэри Авилес, по совету самоубийцы со стажем, некоего Аурелио Кортеса, задумала покончить с собой необыкновенным способом. Проглотив двадцать таблеток секонала, она поставила зажженную свечу на пол и ведро бензина — на шкаф, к потолку привязала веревку и на ней повесилась; в последний момент ее руки столкнули ведро с бензином, которое должно было опрокинуться на свечу. Теперь у сеньориты Авилес появилась уверенность, что, сгорев, повесившись и отравившись, точно умрет, и вдобавок от нее мало — как она всегда мечтала — что останется. Но судьба, похоже, распорядилось по-своему. Бензин с такой силой плеснул на свечу, что та погасла; Мэри Авилес повисла, но не удушилась, поскольку петля, вместо того чтобы затянуться на шее, съехала к подбородку, а девушка, усыпленная таблетками, оказалась не в состоянии подсобить собственной смерти. Проснувшись спустя двое суток, она обнаружила себя в том же дурацком положении, что и была, да еще и живехонькой, как и прежде. Очевидно, смерть не хотела иметь дела с Мэри Авилес, поэтому та, в конце концов, поняла, что ничего не добьется, если будет ей надоедать, и что, наоборот, следует дать ей возможность застать себя врасплох. Хотя, со своей стороны, старалась ей посодействовать.