Читаем Шум слепых полностью

Надеялась, что наше путешествие здесь не продолжится долго, как в пустыне. Посчитала, что, если поскорей дойдём – монета снова перевернётся и перенесёт нам в более безопасное и тёплое местечко, а пока сотрясалась от кашля, брела по заснеженным долинам, ведя вперёд ангела, пыталась не терять надежду.

Мне нужно было немножко весёлости. Да и темнота, приглушённый свет и луна – это целый океан моего воображения. Время таинства, когда что-то создавала. В голове летали армады идей и историй, которыми могла занять бредущего по нетоптаным тропинкам странника, ожидавший, что его ноша поскорей поправится. Эх, наивное существо.

Я улыбалась ради него, потому что была обречена, по сути. Я вновь начала предчувствовать конец.

Груз на моих плечах стал слишком громоздким и тяжёлым. Моя спина выгибалась от тяжести, даже килограмм не отдать тебе. Всё во мне. Ох, если б только вырвать сердце….

Тяжёлые мысли, светлые мечты, но только ты рядом со мной. Как же было странно улыбаться на падающий снег, по воле которого погибаешь и мёрзнешь.

Ангел удивился, когда попросила его остановиться. Мы прошли довольно много за день. Ветер не поднимался. С холма, на который поднялись совсем недавно, открывался прекрасный вид на простор этого мира.

От накопившейся грусти стоило избавиться, поэтому без зазрения совести усадила ангела возле себя, взяла его ладонь и похлопала по ней в знак дружбы и доверия. На нас падали снежинки. Нас окружало уединение.

Мужчина и женщина. Друг напротив друга.

Бешеное сердцебиение, разгонявшее кровь. Красные щёки от лёгкого смущения. И костёр, вырисовавшийся в воображении, но появившийся между нами, обогревающий нас от холода.

Долго смотреть на существо показалось очень смущающим. Если бы меня увидели, заметили расширившиеся зрачки.

Мужчина и женщина. Наедине.

Окутаны грустью и грядущими метелями.

– Мне бы хотелось, чтобы ты запомнил этот момент. Возможно, скоро метель нас разлучит, поэтому запомни. Конечно, ты не узнаешь то, что скажу, но зато можешь прочувствовать. Можно посчитать это прощанием. Пускай так. А лучше посчитай это разговором, лёгким, ничем не принуждающим. Нас пока никто не торопит. Мы можем выговориться, – мысли перескакивали на другую. Дыхание сбивалось от внезапно набросившегося волнения. А он сидел, думал в мою сторону и как всегда ничего не понимал. – Сначала мне нужно поблагодарить тебя за заботу. Сказать, что всё было не зря, что ты становишься сильней и скоро заговоришь. Затем стоит смотреть в одно направление и говорить ни о чём. Это очень приятно. Можно представить на этом небе звёзды, представить истории про луну. У меня их очень много, – говорила неторопливо, берегла горло, ведь знала о долгом монологе, что может утопить даже внимательного и интересующегося слушателя. И вот, глядя на него, поглядывая на светило, жмурясь от воспоминаний, продолжала разговор. – Раньше любила наблюдать за ней, засыпать под её светом, воображать, что на её поверхности живут народы, скрывающуюся за специальным биополем и при этом обладающие волшебной силой. А ещё я всегда, когда проходила мимо мест, где была изображена луна, всегда останавливалась и мечтала о ней. Не удивительно, что почти все украшения в виде луны. У меня очень сильная связь с этим спутником, к сожалению, или, к счастью, по сравнению с тобой. Раньше вообще считала, что именно она дарует мне сны в жанре ужасы, в них всегда было много жестокости и завораживающей красоты.