Ксэл падает на колени, успев увернуться в последнюю долю секунды, и топор, просвистев над ее головой вгрызается в стену. Разбивается очередная панель, а Шестой, изрыгая проклятия, выдергивает оружие из стены и замахивается вновь. Ксэл взвивается вверх, обхватывает доктора обеими руками и валит на пол, рассчитывая услышать резкий щелчок ломающейся кости. Вместо этого раздается лишь глухой удар – Шестой ударяется спиной об пол, его глаза закатываются, из горла вырывается глухой стон.

Ксэл почти разочарована. Ей хотелось услышать, как человек пронзительно кричит перед смертью: убивать его, пока он находится в полубессознательном состоянии, сосем не так весело, как могло бы быть. Возможно, она сумеет привести его в чувство. Рубашка человека задралась, и над поясом брюк видна полоска белой кожи. Ксэл хватает край ткани, дергает, обнажая нежный живот: под кожей расположены скользкие органы и длинные кишки – прекрасная мишень. Ксэл выдвигает подбородок, запрокидывает голову и плюет ядовитой кислотой прямо на пупок.

Глаза Шестого распахиваются, он вопит от боли.

«Так-то лучше».

Ксэл пронзительно визжит от смеха, упиваясь беспомощностью человека.

Однако пора заканчивать – в конце концов, она не за этим сюда явилась. Это просто небольшое развлечение. Ксэл встает над распростертым на полу доктором, открывает рот, опуская челюсть ниже, еще ниже, рот открывается шире и шире, так что кожа вокруг губ болезненно растягивается. Яд, позаимствованный у монстра, обычно не смертелен для человеческих существ, но Ксэл уверена, что он подействует как надо, если впрыснуть достаточное количество в глаза. И кстати говоря, после того что этот человек собирался с ней сделать (по его же собственным словам), такое решение вопроса стало бы… Какое же слово подойдет? Она роется в воспоминаниях доктора Капур и находит нужное определение.

Поэтично.

Это было бы поэтично.

Ксэл наклоняется, ее рот распахивается, точно на карикатуре, изображающей удивление; она готовится вонзить свои удлиняющиеся клыки прямо в глаза Шестого.

На этот раз нет никакого предупреждения, никакой возможности увернуться.

Удар нанесен опытной рукой, и нож вонзается в мягкий хрящ ее запястья, потом поворачивается – раз, другой.

Когда она отдергивает руку, кисть остается лежать на полу.

Ксэл отскакивает спиной вперед и воет, подносит обрубок руки к лицу и визжит, потому что ее собственная кровь брызжет ей в глаза. Она падает и отползает, отчаянно отталкиваясь от пола локтями и ногами, а Шестой надвигается на нее, держа нож в одной руке, а топор в другой.

Он улыбается.

Ксэл это не нравится. Совершенно не нравится.

– О, ты все-таки нечто особенное. Как славно, – произносит доктор. Его взгляд прикован к ее культе – рана уже затягивается тонкой розовой кожицей. – Надя, ты просто уникальна.

Ксэл не отвечает.

Она не за этим сюда явилась.

Она поворачивается.

И бежит.

Чтобы выжить.

23. По ту сторону двери

ИСХОДЯЩЕЕ СООБЩЕНИЕ ОТ КЭМЕРОНА, 23:03

Ниа, как ты? Со мной все в порядке. Доктор Капур меня спасла. Так странно. Где ты?

23:06

Слушай, я схожу с ума от беспокойства. Прошу, скажи, что с тобой все хорошо.

23:08

Ниа? С твоей стороны не очень красиво вот так молчать.

23:09

Ау?

23:11

КАКОГО ЧЕРТА? ГДЕ ТЫ?

23:15

Ух ты, похоже, тебе на самом деле наплевать на то, что меня только что похитили, ха-ха.

23:15

Кстати, спасибо что попыталась помочь.

23:16

ПС: Я ничего им про тебя не сказал, хотя они искали именно тебя, а тот жуткий ублюдок прилепил электроды к моей голове и допрашивал меня, так что НЕ ЗА ЧТО, дрянь ты этакая.

23:19

Ниа, пожалуйста пожалуйста пожалуйста ответь мне прости только пожалуйста скажи где ты?????

* * *