Читаем Штаб-лекарь И. В. Протасов полностью

В 1802 году во всей России работали 1518 врачей (интересно отметить, что только в системе горздравотдела Перми на 1 января 1961 года числилось 1667 врачей). Из этого количества врачей 640 человек служили в армии и флоте и только 878 находились на гражданской службе. Это означало, что лишь очень небольшая часть населения могла обращаться к врачам за медицинской помощью. Основная масса населения не знала врачей и, как писалось в указе Синода, «часто самые легкие припадки делались смертельными». Вот поэтому-то и было решено приобщить к делу врачевания священников, которых в России имелось во много раз больше, чем врачей.

В соответствии с указом Синода Медицинская коллегия распорядилась, чтобы из числа членов Пермской врачебной управы для преподавания в семинарии был выделен «искуснейший» лекарь. Управа назначила преподавателем Ивана Васильевича Протасова. Новый класс в семинарии был открыт осенью 1802 года.

Протасов с большим интересом отнесся к преподаванию медицины в семинарии. В его классе было 25 семинаристов, с которыми он занимался восемь часов в неделю. Но Протасов этим не ограничился. К обучению в классе он привлек и лекарских учеников. Дело в том, что в губернии очень плохо обстояло дело с подготовкой лекарских учеников. Часто к уездным лекарям учениками назначались молодые люди, еле умевшие читать и писать. Врачи, в силу большой занятости, не имели возможности уделять много внимания ученикам и они нередко превращались в мальчиков на побегушках.

Протасов добился того, что все лекарские ученики, которые назначались на должности, а также городские лекарские ученики стали проходить подготовку в «медицинском классе». Только после этого их направляли на службу. Кроме того, по распоряжению начальника горных заводов к Протасову для обучения были направлены десять детей мастеровых, которые потом работали лекарскими учениками при заводских госпиталях.

В 1803 году у Протасова вместе с лекарскими учениками в группе было 35 воспитанников. С учениками, которые поступали позже, он занимался особо.

Чему учил Протасов своих учеников? Он читал лекции по истории врачебного искусства, преподавал основы анатомии, физиологии, хирургии. Ученики проходили также внутренние болезни, лекарствоведение, ботанику, судебную медицину.

Трудности в обучении заключались в том, что не было подходящих учебных пособий. Протасов тщательно отрабатывает свои лекции, переводит для учеников наиболее важные части медицинских учебников. Так, он перевел с латинского языка на русский половину учебника по хирургии Коллизена, подготовил к изданию лекции по истории медицины, но они, к сожалению, так и не появились в печати. Позднее Протасов предложил Медицинской коллегии перевести полностью «Хирургию» Коллизена и «Фармакопею» Карпинского, но Медицинская коллегия отказалась от предложения.

О большом внимании Протасова к обучению семинаристов медицине говорит и такой факт. Девяносто тетрадей потребовалось Ивану Васильевичу для того, чтобы записать все лекции для учащихся.

Штаб-лекарь Протасов оказался талантливым лектором-педагогом. Его занятия всегда проходили живо, интересно. Много похвальных отзывов получал он о своей работе в «медицинском классе».

Кроме обучения семинаристов, Протасов бесплатно выполнял обязанности врача семинарии.

Жили семинаристы в трудных условиях, плохо питались, и заболеваемость среди них была очень высокой. В зимнее время многие из них болели цингой. Так, в 1803 году, например, почти одновременно заболели цингой 120 семинаристов! У Протасова был большой опыт в лечении цинги и он успешно справился с этим заболеванием. Цингу тогда чаще всего лечили пивом с хреном и чесноком. Теперь мы знаем, что и хрен и чеснок содержат витамин С, от недостатка которого в организме и развивается цинга. Ничего этого врачи в то время не знали и все же, опираясь на народный опыт, правильно подходили к ее лечению.

Значительную роль И. В. Протасов сыграл в развитии заводской медицины.

В начале XIX века в Пермской губернии насчитывалось 13 заводских госпиталей. По своему устройству госпитали были самые разнообразные. На некоторых заводах для госпиталей были выделены неплохие здания (Гороблагодатский, Кушвинский заводы). Врачи, как правило, добросовестно относились к своим обязанностям, но оборудованы госпитали были очень плохо. В большинстве госпиталей кровати, матрацы, одеяла, подушки были ветхими, да и тех хватало лишь на половину штатного количества коек.

В Березовском заводском госпитале, где имелось отделение для ссыльных, больные колодники вынуждены были лежать на нарах без подушек и тюфяков, «что, — как писал Ф. X. Граль, обследовавший этот госпиталь в 1803 году, — приводит к продолжению болезни, а иногда и к смерти». Граль предъявил начальнику заводов требование, чтобы к колодникам в госпитале относились по-человечески, но требование это осталось на бумаге[4].