— Король так и сказал, — заявил Кот. Он уже успел привести себя в порядок: на голове его была шляпа с пером, а на поясе — шпага. Осел укоризненно взглянул на него. Кот смутился:

— Простите, я думал, он меня спросил…

Осел подошел к Шреку, сидящему на берегу ручейка. Спокойная вода отражала их обоих.

— Шрек, Фиона знает: ты для нее готов на все.

— Я бы изменился, если бы мог… Я просто… просто хотел бы сделать ее счастливой. Подожди! — вдруг вспомнил Шрек. Он вытащил карточку, которую дала Фионе Крестная Фея, и посмотрел на нее. На лицевой стороне карточки было написано: «Счастье, Инкорпорейтед», а на обороте: «Нужно капнуть слезой».

— Осел! — сказал Шрек. — Подумай о самом грустном моменте в твоей жизни!

— С чего начать? — с готовностью спросил Осел. — Помню, один чокнутый фермер собирался обменять меня на какие-то волшебные бобы. Потом этот дурак устроил вечеринку, и его гости привязали мне к хвосту консервные банки. В конце концов они напились и начали бить меня палкой, выкрикивая: «Пиньята, пиньята[1]» — Кстати, а что такое пиньята? Скажи, пожалуйста, если знаешь!

— Нет, Осел, — заявил Шрек. — Мне нужно, чтобы ты заплакал!

— Не проецируй на меня свои эмоции! — возразил Осел. — Я знаю, тебе плохо, но ты должен сам разобраться…

В это время Кот, который уже все понял, приблизился к Ослу и дал ему здоровенного пинка сапогом прямо в брюхо. Осел охнул, присел, на глазах его показались слезы.

— Ты, маленький пушистый гаденыш! — прошипел он, и слеза капнула из его глаза на карточку, ловко подставленную Шреком.

Тотчас раздалось шипение, и на карточке появился пузырек, вроде мыльного пузыря, в котором прилетала Фея. Пузырек увеличился, оторвался от карточки, и в нем показалось изображение Крестной. Изображение произнесло:

— Что, уже запись? Я либо занята, либо меня нет на месте. Но мы будем рады вас принять, если вы зайдете к нам в офис! Живите долго и счастливо! — и пузырек лопнул, рассыпавшись искрами сверкающей пыли. Это был обычный волшебный автоответчик.

— Ты готов к очередному заданию? — спросил Шрек у Осла.

— Так-то лучше! Шрек и Осел — приключения продолжаются! Теперь нас ничто не остановит!

— Подожди, гоблин! — вскричал Кот. Друзья обернулись. Кот стоял, умоляюще глядя на них огромными глазами и прижимая снятую шляпу к груди. — Я недооценил тебя! — и Кот почтительно поклонился.

— Ступай домой, страховка не обязательна! — пошутил Шрек, поворачиваясь, чтобы идти дальше. Но Кот продолжал:

— По закону чести я обязан сопровождать тебя, пока мне не доведется спасти твою жизнь за то, что ты сохранил мою! — Кот снова отвесил поклон.

— Прости, но место говорящего зануды уже занято! — заявил Осел. — Идем, Шрек!

Шрек повернулся к Коту и внимательно его разглядывал.

— Шрек! — с беспокойством повторил Осел.

— Осел, посмотри, какой он миленький! В этих крошечных сапогах… Сколько котов ходит в сапогах? Давай его оставим!

— Что?! — и Осел в бессильной ярости отвернулся.

— Послушай, Осел — он мурчит! — сказал Шрек, сажая Кота на плечо.

— Ах, значит, теперь он стал миленьким!

— Осел, не ворчи, выше нос!

— Это я — выше нос? Это я нос повесил? Кто бы говорил, Шрек!

И Осел демонстративно двинулся впереди всех.

Глава десятая

Собачий завтрак, или утро во дворце

Фиона спала, когда маленькая белая собачка, единственный подарок Крестной, пришедшийся Фионе по вкусу, забралась на постель и стала лизать ее в нос.

— Шрек! — с улыбкой пробормотала Фиона, просыпаясь. Она открыла глаза, огляделась… Шрека нигде не было, она лежала в постели одна. Фиона вскочила.

— Шрек? — но в ответ только тявкнула собачка.

Фиона подошла к столику — и увидела на нем свой детский дневник. Она взяла его в руки. Дневник был открыт на странице, на которой она когда-то нарисовала себя — в образе прекрасной принцессы, и принца, о котором столько мечтала. Фиона задумалась.

А тем временем во дворе Гарольд делал вид, что рассматривает куски ткани, из которой предполагалось сшить наряды для королевской четы к предстоящему балу.

— Что скажешь, Гарольд? — спрашивала Лилиан.

— Да, да, — рассеяно отвечал король. — Они оба очень нарядные! Да, да, отлично, отлично…

И он пошел дальше. Сразу было видно, что его мысли где-то далеко.

Королева указала слуге на один из отрезов и последовала за ним.

— Попробуй хотя бы притвориться, что тебя интересует бал твоей дочери!

— Лилиан, по-моему, это не так уж важно… С чего ты взяла, что бал вообще состоится?

В это время по лестнице с крыльца спустилась Фиона.

— Мама! Папа! — позвала она.

— Привет, дорогая! — откликнулась Лилиан, а король, сделав вид, что о чем-то разговаривает с управителем («Что ты говоришь, Седрик? Иду!»), поспешно удалился.

— Мама! Ты не видела Шрека? — спросила Фиона с беспокойством.

— Нет, не видела. Спроси у отца. Только говори с ним попроще, дорогая, — сегодня утром он что-то туго соображает.

Фиона устремилась за королем, который между тем подошел к Седрику.

— Чем могу помочь, ваше величество? — спросил тот. В руках у него была миска с каким-то варевом. Король сунул туда палец, и попробовал варево на вкус.