Читаем Шрамы прошлого полностью

Сразу после завтрака Аллан второпях набил черный дипломат документами, нежно поцеловал девушку на прощание и уехал в Кристал. Смирившись, что очередной день придется провести в компании компьютера, конспектов и прогрессирующего безумия, Мелинда с тоской пошла готовиться к онлайн-занятиям, обычно отнимавшим добрую половину дня. Когда встал вопрос о ее рабочем месте, Аллан предоставил Мелинде прекрасно оборудованное помещение и уйму свободного времени, которое она всецело посвящала саморазвитию. Всю неделю девушка занималась по скайпу в просторном кабинете на втором этаже дома.

По идее, Мелинда должна была сходить с ума от счастья, потому что наконец-то имела в своем распоряжении все, о чем так страстно мечтала: крутую технику, финансовую возможность для реализации творческих проектов и море книг в симпатичных новеньких изданиях. Обрушившиеся на нее блага казались приятным бонусом, однако Мелинда резко перестала видеть в них смысл: все, чем девушка буквально жила раньше, потеряло ценность и не питало ее радостью. За последний год девушка написала лишь пару-тройку приличных сцен и добила злосчастную концовку конкурсной работы, которую по итогу сочла невероятно идиотской и никуда не отправила.

Иногда у нее появлялось желание творить, но стоило сесть за компьютер и открыть чистый лист, как она тут же закрывала файл. В голове больше не возникали интересные задумки, а прежнее стремление поступить в университет на профессию кинорежиссера как будто испарилось. Прошлогодняя трагедия нанесла Мелинде серьезную рану, так что, кроме мыслей о прошлом и сомнений в настоящем, в ее душе больше не осталось места ни для чего другого.

Когда в конце августа Аллан спросил, чему именно она хотела бы посвятить грядущий год, Мелинда впервые за восемнадцать лет жизни не знала, что ответить. Раньше девушка бы со знанием дела заявила, что станет заниматься подготовкой к экзаменам, а свободное от учебы время посветит сценаристике и изучению будущей профессии. Но сейчас она понятия не имела, какие цели перед собой поставить. Чтобы не расстраивать Аллана, Мелинда, стараясь подавить мерзкий голос у себя голове и попутные галлюцинации, все же нашла силы брякнуть первое и самое очевидное, что пришло ей в голову: «Сперва хочу окончить школу».

На вопрос: планирует ли она поступать в университет и готова ли в случае чего рассмотреть вариант дистанционного обучения, Мелинда ответила неоднозначное: «Посмотрим». Несмотря на убедительный тон и легкую улыбку, Аллан заподозрил неладное и, как оно обычно бывало, почувствовал себя виноватым.

Мелинда не совсем понимала, отчего парень испытывает подобные чувства. В конце концов, именно он обеспечивает безопасность и делает все ради того, чтобы их жизнь была комфортной. Пускай молодые люди не покидали поместье без крайней нужды, у них имелось все необходимое. Если Аллан пустит бизнес на самотек, то в ближайшее время об этом прознают другие вампиры. Очень властные и радикальные, они не поленятся нагрянуть в поместье и раскрыть их тайну.

Аллан рассказал, что вампирских семей живет в мире предостаточно, но между собой общины контактируют нечасто. Исключением стали Мортисы, издавна поддерживающие беспрерывную связь с еще одной семьей, которая по иронии судьбы оказалась одной из самых влиятельных на земле. С Форбсами Мортисы связаны не только бизнесом, но еще и кровно. Мать родных братьев и сестры Аллана принадлежала к семейству Форбс, а значит, все они приходились ближайшими родственниками. Форбсы беспокоились за Мортисов и, узнай они о том, что сотворил Аллан, убили бы его на месте не раздумывая.

Обидное прозвище «заморыш» Аллан получил из-за своей матери, которая, в отличие от Сэди, не принадлежала к аристократической знати. Когда Густав Мортис женился на Элеоноре Бран и она родила ему мальчика, почти все члены семейства Форбс были в ярости. Они осуждали поступок Густава, обвиняя, что он очернил кровь своего рода и привел на свет ребенка, достойного их круга лишь наполовину. С детства слушая перешептывания у себя за спиной, Аллан знал, что вместе со своим именем, данным ему в честь великого поэта, он получил при рождении и нелепое прозвище. Только благодаря Себастьяну Форбсы, скрежеща зубами, принимали Аллана, потому что знали: стоит лишиться расположения Мортисов, и бизнес пойдет прахом. Когда Аллану пришлось экстренно браться за управление сложным предприятием, оказалось, он такой же талантливый бизнесмен, как и старший брат: Форбсы ничего не заметили. Они оставались довольны результатами сделок, и именно это по сей день обеспечивало Аллану и Мелинде относительную безопасность.