Читаем Шрам полностью

И Беллис поверила, внезапно испытав приступ зависти к тому, с какой легкостью проникал он в городские тайны. Его щупальца уходили в самую глубь, давая ему влияние и информацию. Сайлас был похож на паразита, который питается информацией, высасываемой им из-под кожи города. Беллис посмотрела на него с подозрением и уважением.

— Они придут за тобой завтра, — продолжил он. — Тебя возьмут в экспедицию. Все идет по нашему плану. Они собираются провести на острове полмесяца, так что у тебя будет время, чтобы передать информацию на какой-нибудь корабль из Дрир-Самхера. У тебя будет все необходимое, чтобы заставить его отправиться в Нью-Кробюзон. Я все достану.

— Ты и правда думаешь, что сможешь их убедить? — спросила Беллис. — Они редко заходят севернее Шанкелла, а Нью-Кробюзон лежит в тысяче миль от их обычных путей.

— Джаббер милостивый… — Сайлас по-прежнему говорил вполголоса. — Нет, я не могу их убедить. Меня там не будет. Тебе придется их убеждать.

Беллис цокнула языком — она разозлилась на него, хотя и ничего не сказала.

— Я приготовлю то, что тебе понадобится, — сказал он. — Письмо на соли и рагамоле. Печати, рекомедации, документы и подтверждения. Этого достаточно, чтобы убедить купцов-кактов отправиться для нас на север. И достаточно, чтобы известить кробюзонское правительство о том, что происходит. Достаточно, чтобы защитить город.

Парк покачивался на волнах. Скульптуры потрескивали. Беллис и Сайлас молчали. Некоторое время были слышны только звуки волн и щебет птиц.

«Они будут знать, что мы живы, — подумала Беллис. — Или, по меньшей мере, что жив он».

Она поскорее отогнала эту мысль.

— Мы можем отправить им эти сведения, — решительно сказала она.

— Тебе придется найти какой-нибудь способ, — ответил Сайлас. — Ты ведь понимаешь, что поставлено на карту?

«Не обращайся со мной как с каким-нибудь недоумком», — свирепо подумала Беллис, но он на мгновение перехватил ее взгляд и ничуть не смутился.

— Ты понимаешь, что тебе придется сделать? — повторил он. — Там будут стражники. Армадские. Тебе придется как-то ускользнуть от них. Тебе и от анофелесов придется как-то ускользнуть, боги милостивые! Ты сможешь?

— Я сделаю, — холодно сказала Беллис, и Сайлас неторопливо кивнул в ответ.

Он снова заговорил, и на кратчайший миг возникло ощущение, будто он не уверен в том, что хочет сказать.

— У меня… не будет возможности встречаться с тобой, — выговорил он. — Лучше мне держаться подальше.

— Конечно, — сказала Беллис. — Мы теперь не можем рисковать.

На его лице промелькнуло горькое выражение, сожаление о чем-то несбывшемся — Беллис нахмурилась.

— Извини за это и за… — сказал он, пожав плечами и отвернувшись. — Когда ты вернешься и с этим будет покончено, мы, наверно, сможем… — Он умолк.

Беллис, услышав печаль в его голосе, была немало удивлена. Лично она не чувствовала ничего. Даже разочарования. Они искали и что-то нашли друг в друге, у них было общее дело (до нелепости приниженное название для их плана), но не больше. Она не питала к нему недобрых чувств. Где-то на дне души тонким слоем лежали остатки привязанности к нему. Но не более того. Ее удивил его неуверенный тон, сожаление, извинения и намеки на глубокое чувство.

Беллис с растущим интересом обнаружила, что слова Сайласа не вполне убеждают ее. Она не верила его елейным речам, она даже не знала, верит ли им он сам, но вдруг поняла — нет, она им не верит.

Это успокоило ее. После его ухода она осталась сидеть, сложив руки, с неподвижным и бледным лицом, которое обдувал ветер.

К ней пришли, чтобы сообщить: нужны ее языковые познания, так что ее включат в состав экспедиции.

Беллис находилась на «Гранд-Осте», в одной из нижних кают надстройки, на этаж или два выше палубы. Она смотрела в иллюминатор на корабли Саргановых вод, на возвышающийся над ними бушприт «Гранд-Оста». Трубы корабля были надраены, мачты, словно оголенные мертвые деревья, на двести-триста футов устремлялись в небо, а их корни уходили вниз, разветвляясь на столовые и полуэтажи.

На палубе, словно расчлененное ископаемое, лежала начинка огромного летательного аппарата. Гнутые металлические брусья, похожие на бочарные обручи или ребра, винты и двигатели, объемистые, пухлые баллоны. Все это, огибая основания мачт, растянулось на сотни футов вдоль борта «Гранд-Оста». Бригады инженеров приклепывали детали друг к другу, собирая из отдельных частей огромный дирижабль. Шум и сверкание раскаленного металла доходили до Беллис через окна.

Наконец появились Любовники, и началось собеседование.

Ночью Беллис вдруг обнаружила, что не может уснуть. Она решила не пытаться и попробовать вновь взяться за письмо.