Клэр Малли

Шпионаж и любовь. Тайны и жизни Кристины Грэнвил, первой женщины – британского спецагента в годы Второй мировой войны

Clare Mulley

THE SPY WHO LOVED

Перевод с английского Ольги Чумичевой

www.limbuspress.ru

Предисловие

Истории о верности и предательстве

В 1973 году, через двадцать один год после трагической гибели Кристины Грэнвил, двое ее возлюбленных вступили в подчеркнуто вежливую и недолговременную переписку. Польский граф Владимир Ледоховский поблагодарил своего соотечественника и бывшего приятеля, спецагента Анджея Коверского за «готовность к сотрудничеству» в работе над книгой о Кристине. Ледоховский оптимистично заметил, что принимает осторожное обещание Коверского помочь «как знак Вашего доверия» [1]. Но в реальности между старыми соперниками доверия было мало, и остальная часть письма посвящена обсуждению конкретных пунктов, уточняющих условия совместной работы над планируемой рукописью книги о Кристине.

Ледоховский предлагал, чтобы они с Коверским основали своего рода «Клуб выживших», состоявший исключительно из мужчин, жизни которых были спасены Кристиной; он добавил насмешливо, что некоторые из них были спасены даже не по одному разу [2]. По его подсчетам, шесть потенциальных членов клуба «ворвались… в жизнь Кристины, как парашютисты, падающие на незнакомую территорию», в их число он включал себя и Коверского, как представителей Польши, трех британских агентов, в том числе многократно награжденного героя Фрэнсиса Кэммертса, а также французского офицера [3]. Ледоховский признавал, что нет особой надежды представить их опыт в виде «логического целого», поскольку: «Я сомневаюсь, что Вы обратитесь к логике за объяснением девушки, особенно такой, как Кристина» [4]. Но, вероятно, в их коллективной памяти Кристина могла бы явиться «не как исполнитель поразительных подвигов», а – он надеялся – «как личность» [5].

Ледоховский был удивлен, узнав, что уже существует клуб джентльменов в честь Кристины, с несколько иной программой, и на него членство в том клубе не распространялось. Коверский и четверо его боевых друзей – Кэммертс, Джон Роупер, Патрик Говард и Михал Градовский (он же Майкл Лис) – учредили «Панель по защите памяти Кристины Грэнвил» вскоре после ее смерти в 1952 году [6]. Ледоховский чувствовал, что его судьба безнадежно переплелась с жизнью Кристины, но он всегда знал, что он был не единственным, кто мог бы претендовать на особые отношения с ней, более того – не приходилось уповать, что он первым взялся писать о ней. «Панель» Коверского собралась, когда газеты заполнились рассказами о польской королеве красоты, служившей британским спецагентом. «Мы, ее друзья, не хотим, чтобы она стала сенсацией для прессы, – позднее пояснял Кэммертс. – Мы пытались защитить ее репутацию» [7]. И все же, как свидетельствовал впоследствии сын Ледоховского, «смерть героев обычно не сопровождается панельными собраниями в защиту их памяти и попытками воспрепятствовать появлению книг о них» [8]. Были написаны несколько статей и биографических очерков, а через считаные месяцы другой бывший друг и коллега Кристины, Билл Стэнли Мосс, назвал в ее честь свою дочь и издал целую серию повествований о жизни Кристины в еженедельнике «Пикче Пост» под общим заглавием «Кристина Отважная» [9].