– Почему я? – сказал По. За свою карьеру он нажил немало врагов, но никогда не работал над делом, связанным с кем-то настолько сумасшедшим.

Флинн пожала плечами.

– Как ты понимаешь, ты не первый задаешься этим вопросом.

– Я не лгал, когда говорил, что знаю лишь то, что сообщили в газетах.

– Я знаю, что когда ты был полицейским офицером в Камбрии, у тебя не было официальных контактов с жертвами. И неофициальных не было тоже?

– Нет, насколько мне известно. – Он указал на дом и прилегающую землю. – Большую часть времени теперь я занимаюсь этим местом.

– Так мы и думали. Мы не считаем, что связующее звено здесь жертвы. Мы думаем, это убийца.

– Думаете, я знаю Сжигателя?

– Мы думаем, он знает тебя или знает о тебе. Мы сомневаемся, что ты его знаешь.

По понимал, что это первый из многих разговоров и встреч и что – хочет он того или нет – он уже в этом замешан. В какой роли – все еще будет обсуждаться.

– Первые впечатления? – спросила Флинн.

Он еще раз изучил шрамы. Помимо кривой пятерки, он насчитал сорок два. Сорок два шрама, чтобы написать «Вашингтон По». Сорок два свидетельства чьей-то пытки.

– Кроме того, что жертва предпочла бы, чтобы меня звали просто Боб, – никаких.

– Мне нужно, чтобы ты вернулся к работе, – сказала Флинн. Она оглянулась по сторонам, обводя взглядом безлюдные поля, которые он теперь звал домом. – Мне нужно, чтобы ты снова присоединился к роду человеческому.

По встал, отбросив все мысли об увольнении. Лишь одно теперь имело значение – Сжигатель был где-то здесь, выбирал жертву номер четыре. Если По хотел хоть когда-нибудь снова чувствовать себя спокойно, ему было необходимо найти убийцу до того, как тот доберется до пятой.

– На чьей машине поедем? – спросил он.

Глава 5

Стоило выехать из Камбрии, как ландшафт стал плоским и трасса М6 вытянулась перед ними, как беговая дорожка. Весна грезила о летнем великолепии, и По неожиданно для себя включил кондиционер в машине Флинн. По пояснице у него стекал пот. Но с жарой это было мало связано.

Между ними повисло неловкое молчание. Пока По отвозил Эдгара к соседу, Флинн сменила костюм на более повседневную одежду – джинсы и джемпер, но, несмотря на внешне расслабленный вид, она теребила длинные волосы, глядя на дорогу.

– Поздравляю с повышением, – сказал По.

Она повернула голову.

– Я не хотела на твое место. Ты же наверняка это знаешь?

– Знаю. И насколько я могу себе представить, ты стала прекрасным инспектором.

Он не злился. Расслабившись, она ответила:

– Спасибо. Но все же твое отстранение – не те обстоятельства, в которых я хотела бы получить эту должность.

– У них не было выбора.

– Может, и не было, кроме как тебя отстранить, – сказала Флинн, – но эту ошибку мог совершить кто угодно.

– Не имеет значения, – ответил он. – Мы оба знаем, что это логичное следствие того, что произошло.

Флинн говорила об их последнем деле. Его последнем деле. Сумасшедший в долине Темзы похитил и убил двух женщин, и пропала четырнадцатилетняя девочка, Мюриэл Бристоу. SCAS привлекли с самого начала. Они провели профилирование и картирование, но выйти на основного подозреваемого помог географический профиль – это оказался Пейтон Уильямс, помощник члена парламента. Все совпадало. Ранее он уже обвинялся в преследовании, каждый раз находился в том же месте, где похищали жертв, и у него была череда неудачных отношений.

По собирался арестовать и допросить его, но его начальник, глава следствия Тальбот, отказал. Готовились всеобщие выборы, и начался период, когда журналисты не могли освещать деятельность кандидатов. Арестовать помощника члена парламента без улик означало навлечь на полицию подозрение в попытке манипулировать результатами выборов. По крайней мере, в глазах Тальбота.

– Иди и найди что-нибудь убедительное, – сказал он По.

Тем временем сам Тальбот собирался проинформировать самого члена парламента. Сказать ему, что они ведут расследование относительно одного из его сотрудников. По умолял его этого не делать.

Тальбот его проигнорировал. Член парламента уволил своего помощника.

И сказал ему почему.

По был в ярости. Теперь Пейтон Уильямс и близко не подошел бы к Мюриэль Бристоу и месту, где ее прятал. Не тогда, когда за ним следят. Если она еще и была жива, долго бы это не продлилось. Она бы умерла от обезвоживания.

По не был полицейским, который спихивает неприятные задания на других. Он сам отправился домой к ее семье. Перед уходом он распечатал для них сводку по делу – тщательно отцензурированный отчет о том, какие действия проводило следствие. Рассказав семье Бристоу то, что мог, он отдал им папку, чтобы те прочитали ее на досуге.

А затем разверзся ад.

По совершил ошибку. Ужасную ошибку. Он распечатал не только сводку по делу для семьи – он распечатал полную сводку по делу, которую писал для себя. И вот она-то не была отцензурирована.

Не та сводка оказалась не в той папке… Бристоу прочитали о Пейтоне Уильямсе…